Литература, побеждающая рептилоидов: премия «Ясная Поляна – 2021»
Вручение наград литературной премии состоялось 26 октября. Интрига вокруг имени лауреата сохранялась почти все три часа церемонии. Наш корреспондент стал свидетелем торжественного награждения петербургского писателя Германа Садулаева за роман «Готские письма».
— Каждый год председатели жюри говорят о том, что в этом году у них был очень трудный выбор, - так начал свою вступительную речь председатель жюри литературной премии «Ясная Поляна» Владимир Толстой. — Но в этом году он был действительно трудный.
В самом деле, из длинного списка претендентов на премию этого года можно было составить как минимум второй шорт лист, куда уж точно следовало бы включить роман Веры Богдановой и сборник рассказов Павла Селукова. Но жюри вынуждено было бить себя по рукам. Итоговый короткий список состоял из семи произведений: Максим Гуреев «Любовь Куприна», Майя Кучерская «Лесков. Прозеванный гений», Дмитрий Лиханов «Звезда и крест», Наталия Репина «Жизнеописание Льва», Герман Садулаев «Готские письма», Марина Степнова «Сад», Леонид Юзефович «Филэллин».
Церемония вручения любой премии — это всегда формат и пафос. А уж вручение самой состоятельной литературной премии России, спонсируемой не кем-нибудь, а компанией Samsung, предполагало к тому же и роскошь. Церемония проходила в Бетховенском зале Большого театра. На балконе живые музыканты играли живую музыку, на сцене сиял чернотой рояль, а за кулисами клубились солисты, готовые грянуть. Легкие закуски в фойе вызывали у приглашенных искреннюю благодарность. Однако впереди была церемония.
Семья Толстых, традиционные организаторы и духовные окормители премии, от себя гарантировали немного душноватую великодержавность. Великий русский писатель, отличавшийся добродетельной многодетностью, породил огромное потомство, которым Россия, конечно, гордится. Клан Толстых представлен и в Думе, и в многоразличных культурных институциях, и, конечно, в жюри премии «Ясная поляна». Эта толстовская домовитость приятно просвечивала сквозь пафос церемонии, настойчиво напоминая гостям, что все мы здесь собрались по-простому и по-семейному.
С южнокорейским смирением выступил президент русского отделения Samsung Ким де Хен, после чего очередной Толстой сменил тональность с праздничной на поминальную. В этом году скончался постоянный член жюри премии писатель Валентин Курбатов. Трагическая утрата естественно повлекла за собой печальный фоторяд покойного члена жюри, сопровождавшийся музыкой, написанной специально к этому случаю.
В память писателя в этом году в Ясной поляне прошла школа молодого критика имени Валентина Курбатова. Это тоже повлекло за собой видеоотчет, где маститые критики радостно сообщали о том, что Россия все еще читает книги.
К этому моменту зрители с некоторым беспокойством осознали: запас сюрпризов и выступающих у организаторов мероприятия весьма большой, что предполагало церемонию длинную, хотя и разнообразную. Сцена Бетховенского зала соблазнила сказать несколько слов многих немолодых деятелей культуры, стремившихся напомнить о себе городу и миру. Говорили много и пафосно. О чем – теперь уж и не вспомнишь. Стены Большого театра содрогались от великодержавных поминаний великой имен, великой русской литературы в целом и в частностях и прочего, прочего, прочего положенного к случаю.
Где-то через час наконец перешли к первым номинациям. Для затравки наградили молодых критиков за лучшие рецензии на книги короткого списка. Лауреатами стали Евгения Лисицына, Иван Родионов и Майя Ставитская. Молодые критики ограничились вежливыми благодарностями и быстро сошли со сцены, чем вызвали большое сочувствие у зрителей.
Далее следовала номинация «Событие». Ректор Литературного института им. Горького Алексей Варламов объявил, что выбор жюри был предсказуем. Победителем стала книга писем Валентина Курбатова и Валентина Распутина, друживших и переписывавшихся много лет. Этот факт не мог пройти для зрителей безнаказанным. Речь писателя Владислава Отрошенко, старательно пересказавшего все перипетии дружбы двух Валентинов, оказалась подозрительно длинна.
— Так мы до утра отсюда не уйдем, — испуганно сообщила я о своих опасениях Андрею Новикову-Ланскому, сидевшему по соседству.
— Меня больше всего пугает рояль, — меланхолически заметил Андрей.
Я не выдержала и отправилась на перекур. Когда я вернулась, солист Большого театра играл Шопена, а Андрей томительно вздыхал.
После музыкальной паузы перешли к номинации «Иностранная литература». Приз получили англичанин Джулиан Барнс за роман «Нечего бояться» и два переводчика из Петербурга, сделавших книгу доступной русским читателям. Барнс был представлен видеообращением к публике. Английский острослов оказался на высоте. Влюбленный в русскую литературу с детства, он сетовал на то, что у него не было ни одной знакомой проститутки, чтобы ее спасти и тем самым совершить нечто действительно великое по-русски. (На этом месте публика впервые засмеялась). Премию переводчикам-петербуржцам Сергею Полотовскому и Дмитрию Симановскому вручал лично экс-министр культуры Михаил Швыдкой.
— Переводишь семь месяцев за гроши, потом забываешь, потом случается переиздание, а потом ты получаешь премию и все окупается, — намекнул Болотовский на нищенские расценки российских переводчиков и торжественно закончил: — Надо приветствовать любые проявления справедливости в этой несправедливой стране.
Публика слегка вздрогнула от опасения, что общий великодержавный дискурс мероприятия вот-вот будет нарушен, но все обошлось. Фига из кармана бархатного пиджака Болотовского вынута так и не была. Цветы и поздравления сделали свое дело. Но тут на сцену снова вышел писатель Отрошенко:
— Барнс — атеист, — с энтузиазмом начал он.
Публика, еще не забывшая его 15-минутный заплыв в переписку двух Валентинов, изменилась в лице. Впрочем, на сей раз писатель Отрошенко ограничился всего 10 минутами. Второй час церемонии был на исходе.
Наконец перешли к основной номинации.
— Что объединяет книги из шорт-листа, - риторически вопросил зал Павел Басинский, - Ничего.
На этом можно было закончить, но пытка речами и видеороликами продолжалась еще час. Выяснилось, что выбор читателей осчастливил роман Марины Степновой «Сад», за что автор получила цветы и возможность постоять у микрофона.
— Никогда меня так не ругали, как за этот роман, — застенчиво сказала Степнова, и критики в зале понимающе переглянулись: роман «Сад» был очевидным провалом.
Следующим выступающим стал Михаил Сеславинский:
— Вот стою я тут перед вами, простой топ-менеджер… — эпически начал Сеславинский, но повторять подвиг писателя Отрошенко не стал и скромно намекнул, что пора бы назвать имя лауреата.
Впрочем, семейство Толстых не собиралось сдаваться так быстро. На сцену под усталые аплодисменты (шел третий час церемонии) вышел Гоша Куценко и прочитал отрывок из романа Германа Садулаева «Готские письма». «Настоящая демократия может быть только военной, — читал Гоша с убедительным пафосом, — Когда каждый мужчина вооружен… А потом рептилоиды узурпировали право на войну и власть…».
Когда Гоша откланялся, публика с испугом посматривала на писателя Отрошенко, ожидая нового кошмара на 15 минут. Но вместо него на сцену вышел Евгений Водолазкин.
— Грусть, что мы так мало знаем о готах, — со свойственной ему печалью возвестил Евгений Германович.
Дальше последовал некий общекультурный микс о «Слове о полку Игореве», выборах в Петербурге и тонком слое цивилизации, который в любой момент может порваться.
— Конец хороший, — объявил наконец Водолазкин, — в конце автор признается, что текст ему прислали, попросили поправить и издать. Письмо было подписано именем главврача одной спецбольницы.
Публика уже изнывала и откровенно завидовала главврачу спецбольницы, который в отличие от нее все еще был на свободе. Но впереди были речи, речи и речи…
— Вам есть, что сказать про власть рептилоидов? — игриво заметила Фекла Толстая, приглашая на сцену вице-спикера Государственной думы Петра Толстого в сопровождении еще одного важного думца:
— Эту тему мы оставим, — строго ответствовал вице-спикер, — важно, что русская литература есть. Она победит всех рептилоидов.
— Давайте же, наконец, от имени рептилоидов вручим премию! — воскликнул второй думец.
Так, в середине третьего часа церемонии, на сцене наконец-то оказался главный герой вечера – Герман Садулаев, лауреат премии «Ясная поляна-2021».
— Я во все это не верю, — лирически сообщил Герман Умаралиевич, растерянно прижимая к груди букет, — я не спал несколько ночей и когда играли Шопена, уплыл в страну грез. Там Гоша Куценко почему-то читал мой роман и рептилоиды вручали мне премию. Я не хочу просыпаться…
Садулаев был краток. После положенных благодарностей он закончил свою речь справедливым замечанием:
— Я скоро проснусь и узнаю, что награда досталась Леониду Юзефовичу за роман «Филэллин». Это правильно, потому что этот роман, конечно, находится на другом уровне по сравнению со всем остальным списком.
Тут все испуганно посмотрели на писателя Отрошенко. Тот, конечно, имел что сказать по этому поводу, но председатель жюри Владимир Толстой объявил церемонию закрытой.
Пока зал фуршета звенел бокалами с шампанским, все облегченно вкушали тарталетки и признавались в любви к «Ясной Поляне». Во-первых, это самая непредсказуемая из всех литературных премий России, во-вторых, она почти единственная, кто осмеливается нарушить монополию Редакции Елены Шубиной, и в-третьих, ее длинные церемонии все-таки однажды заканчиваются.
Фото: Андрей Никеричев / АГН «Москва».