Призрачно, сумрачно и туманно все в нашем бушующем мире. Можно лишь согласится с ключевым тезисом выступления Владимира Путина на очередном заседании Международного дискуссионного клуба "Валдай": мы находимся в начале процесса мирового переустройства, "окончательный дизайн которого неизвестен". Но еще больше тревожит отсутствие ясного понимания того, каким маршрутом будет двигаться наша страна. Высказывания главы государства не только не развеивают туман, а, пожалуй, наоборот - сгущают.
Фото: AP
"Все говорят о том, что существующая модель капитализма – а это сегодня основа общественного устройства в подавляющем большинстве стран – исчерпала себя, в ее рамках нет больше выхода из клубка всё более запутанных противоречий, - заявил Владимир Путин, вполне соглашаясь, как явствует из следующей фразы, с такой трактовкой. - Повсеместно, даже в самых богатых странах и регионах, неравномерное распределение материальных благ ведет к усугубляющемуся неравенству, прежде всего неравенству возможностей – и внутри обществ, и на международном уровне".
Россия, признает президент, находится в числе стран, где проблема социального неравенства наиболее остра: "Для нас это особенно важно, имея в виду разницу в доходах различных категорий граждан". ... Основные преференции... получила небольшая прослойка людей... Рост их богатства многократно увеличился по сравнению с тем, что пришлось на средний класс и на беднейшие слои населения". Европа, правда, от этого от этого тоже страдает, но все-таки там это "не так остро".
Собственно, Путин сказал то, что и так давно известно гражданам страны. У кого-то в России жемчуг слишком мелкий, "Бентли" медленны и дворцы низковаты. А у кого-то суп жидковат. Причем категория "жидкосупных" стремительно разрастается. Только самых отважных и самых благополучных россиян не пугает скорость, с которой сегодня растут цены на продукты и товары первой необходимости.
Короче говоря, прав, тысячу раз прав Владимир Владимирович: "Мы должны строить социальное государство". Нынешнее положение дел нетерпимо и нуждается в немедленном исправлении. И если уж таково веление времени, то почему бы России не стать во главе этого глобального тренда? Решить проблему социального неравенства в мировом масштабе мы, конечно, вряд ли сможем, но можем начать с себя и показать миру пример движения к более справедливому обществу.
Однако никакого конструктивного развития критика "существующей модели капитализма" почему-то не получила. Как будем строить социальное государство? Когда приступим? С чего начнем? "Готовых рецептов нет", - признал Путин. Более того, по словам президента, в ходе глобальной трансформации Россия будет играть роль не авангарда, а арьергарда. Точнее даже сказать - тормоза мировой перестройки.
"Мы будем руководствоваться идеологией здорового консерватизма, - заявил Путин. - Сейчас, когда мир переживает структурный слом, значение разумного консерватизма как основы политического курса многократно возросло именно в силу множащихся рисков и опасностей, хрупкости окружающей нас реальности".
Речь тут, правда, шла о приверженности традиционным, "подлинным" ценностям. О том, грубо говоря, что "родитель номер один" и "родитель номер два", - это не наш путь. Но ведь нынешняя российская социально-политическая модель, при которой у кого-то в кошельках пусто, а у кого пусто (и гуще всего у того, кто ближе всех к государственной кормушке), - это тоже наша традиция.
И можно не сомневаться, что сохранение ее беспокоит подавляющую часть наших граждан куда больше, чем "социально-культурные потрясения, которые происходят в Штатах и в Западной Европе". "Родитель номер один и номер два" - угроза все-таки достаточно далекая и положа руку на сердце довольно абстрактная. Что та Гекуба для среднестатистического россиянина? А ценники в супермаркетах - вот они.
Призрачно, сумрачно и туманно все в нашем бушующем мире. Можно лишь согласится с ключевым тезисом выступления Владимира Путина на очередном заседании Международного дискуссионного клуба "Валдай": мы находимся в начале процесса мирового переустройства, "окончательный дизайн которого неизвестен". Но еще больше тревожит отсутствие ясного понимания того, каким маршрутом будет двигаться наша страна. Высказывания главы государства не только не развеивают туман, а, пожалуй, наоборот - сгущают.
Фото: AP
"Все говорят о том, что существующая модель капитализма – а это сегодня основа общественного устройства в подавляющем большинстве стран – исчерпала себя, в ее рамках нет больше выхода из клубка всё более запутанных противоречий, - заявил Владимир Путин, вполне соглашаясь, как явствует из следующей фразы, с такой трактовкой. - Повсеместно, даже в самых богатых странах и регионах, неравномерное распределение материальных благ ведет к усугубляющемуся неравенству, прежде всего неравенству возможностей – и внутри обществ, и на международном уровне".
Россия, признает президент, находится в числе стран, где проблема социального неравенства наиболее остра: "Для нас это особенно важно, имея в виду разницу в доходах различных категорий граждан". ... Основные преференции... получила небольшая прослойка людей... Рост их богатства многократно увеличился по сравнению с тем, что пришлось на средний класс и на беднейшие слои населения". Европа, правда, от этого от этого тоже страдает, но все-таки там это "не так остро".
Собственно, Путин сказал то, что и так давно известно гражданам страны. У кого-то в России жемчуг слишком мелкий, "Бентли" медленны и дворцы низковаты. А у кого-то суп жидковат. Причем категория "жидкосупных" стремительно разрастается. Только самых отважных и самых благополучных россиян не пугает скорость, с которой сегодня растут цены на продукты и товары первой необходимости.
Короче говоря, прав, тысячу раз прав Владимир Владимирович: "Мы должны строить социальное государство". Нынешнее положение дел нетерпимо и нуждается в немедленном исправлении. И если уж таково веление времени, то почему бы России не стать во главе этого глобального тренда? Решить проблему социального неравенства в мировом масштабе мы, конечно, вряд ли сможем, но можем начать с себя и показать миру пример движения к более справедливому обществу.
Однако никакого конструктивного развития критика "существующей модели капитализма" почему-то не получила. Как будем строить социальное государство? Когда приступим? С чего начнем? "Готовых рецептов нет", - признал Путин. Более того, по словам президента, в ходе глобальной трансформации Россия будет играть роль не авангарда, а арьергарда. Точнее даже сказать - тормоза мировой перестройки.
"Мы будем руководствоваться идеологией здорового консерватизма, - заявил Путин. - Сейчас, когда мир переживает структурный слом, значение разумного консерватизма как основы политического курса многократно возросло именно в силу множащихся рисков и опасностей, хрупкости окружающей нас реальности".
Речь тут, правда, шла о приверженности традиционным, "подлинным" ценностям. О том, грубо говоря, что "родитель номер один" и "родитель номер два", - это не наш путь. Но ведь нынешняя российская социально-политическая модель, при которой у кого-то в кошельках пусто, а у кого пусто (и гуще всего у того, кто ближе всех к государственной кормушке), - это тоже наша традиция.
И можно не сомневаться, что сохранение ее беспокоит подавляющую часть наших граждан куда больше, чем "социально-культурные потрясения, которые происходят в Штатах и в Западной Европе". "Родитель номер один и номер два" - угроза все-таки достаточно далекая и положа руку на сердце довольно абстрактная. Что та Гекуба для среднестатистического россиянина? А ценники в супермаркетах - вот они.