Энгельсский райсуд наконец-то увидел многочисленные нарушения в деле Владимира Ковыряева
О некоторых нарушениях "ОМ" уже писал и неоднократно отмечал, что расследование одноэпизодного дела по ч. 4. ст. 160 – образец профессиональной безграмотности, которую демонстрируют следственные органы и надзирающий прокурор.
"ОМ" сообщал, что следователь Нина Жданова завершила расследование уголовного дела и передала его с обвинительным заключением в прокуратуру, не оформив с участием защитника обязательный итоговый протокол ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами. Документ необходим, чтобы защитник мог в протоколе отразить свое мнение относительно имеющихся в деле доказательств и нарушений прав обвиняемого. Следователь упустила этот нюанс из виду и передала материалы в надзорный орган, когда у Ковыряева не было защитника, а сам он занимался поиском адвоката.
Кроме того, Жданова до передачи материалов дела в прокуратуру, фактически, не предъявила Владимиру Ковыряеву обвинение с учетом устранения различных помарок, описок и прочих недочетов и не допросила его в качестве обвиняемого. Это процессуальное действие она начала 15 июля, продолжила 20 июля, а к моменту передачи дела в надзорный орган – 10 августа – не завершила его. При этом ч. 1 ст. 172 УПК РФ подчеркивает, что обвинение должно быть предъявлено лицу не позднее трех суток со дня вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого.
У Ковыряева и его защитника Дениса Романычева оставалась надежда на прокуратуру Саратовской области, куда уголовное дело с обвинительным заключением поступило с многочисленными нарушениями уголовно-процессуального законодательства. Однако заместитель прокурора области Андрей Корноваров, призванный стоять на страже законности, нарушений не заметил, утвердил обвинительное заключение и направил дело в суд. 13 сентября суд провел предварительное слушание по делу. Обвиняемый Владимир Ковыряев и его защитник Денис Романычев подготовили на 21 листе ходатайство с указанием нарушений, без устранения которых нельзя продолжать судебные слушания. Были названы тома и листы дела. Нет ничего проще – посмотреть на число, открыть нужную страницу и удостовериться в обоснованности ходатайства. Но председательствующая Ольга Игонина на это не обратила внимания и сама, по сути, продолжила порочный круг бесконечных уголовно-процессуальных нарушений.
Только 13 октября – спустя месяц – Николай Почевалов, изучив материалы дела и рассмотрев повторное ходатайство стороны защиты, принял законное решение о возврате дела прокурору для устранения нарушений. В процессе рассмотрения по ходатайству государственного обвинителя суд заслушал Нину Жданову: как известно, она стремилась избавиться от дела, следствие по которому затянулось на 39 месяцев. Она пояснила суду, что обвинение Ковыряеву предъявила 15 июля в окончательной редакции, а адвокат и обвиняемый, якобы, отказались расписываться в постановлении. По ее словам, сторона защиты требовала дополнительной возможности внимательнее изучить постановление о привлечении в качестве обвиняемого и она еще раз предъявила его обвиняемому и защитнику 20 июля.
По словам Ждановой, 15 июля Ковыряев и защитник отказались давать показания и подписывать протокол допроса. В связи с этим Жданова напечатала протокол допроса и сама его подписала. Однако следователь, очевидно, забыла упомянуть, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого она зачитывала в первой половине дня 15 июля, до обеденного перерыва, а затем вместе с бывшим гендиректором ООО "ЭПК" направилась в суд, где его по ее ходатайству предстояло взять Ковыряева под домашний арест: он якобы скрывался от следствия. Хотя на самом деле Владимир Ковыряев, будучи инвалидом II группы, проходил лечение .
20 июля Жданова продолжила предъявлять обвинение, хотя в соответствии со ст. 172 УПК на это отводится три дня. По ее словам, обвиняемый и защитник вновь отказались подписывать постановление о привлечении Ковыряева в качестве обвиняемого, а защитник попросил отложить процедуру, так как ему нездоровится. Это ходатайство она расценила как просьбу и оставила без внимания.
В постановлении о возвращении дела прокурору председательствующий Николай Почевалов отмечает, что гособвинитель А.В. Супрун против этого возражал. Тем не менее суд изучил доводы всех сторон и сделал собственные выводы. Он обратил внимание, как и ранее сторона защита, что в постановлении о привлечении Ковыряева в качестве обвиняемого, которое завершилось в 14:05 15 июля, нет его подписи и подписи адвоката, могущих подтвердить, что Жданова зачитала вслух постановление и дала обвиняемому прочитать его лично.
Кроме того, в постановлении, подготовленном Ждановой, есть сноска, что она продолжила знакомить Ковыряева с этим документом 20 июля вплоть до 17:30. Защита предоставила аудио- и видеозаписи, подлинность которых сама следователь ГСУ ГУ МВД подтвердила. На записях от 15 июля нет момента завершения следственных действий. Дело совсем не в том, что видео или диктофонная запись обрываются. Просто у записей нет финала, который имеется в подобных ситуациях. Процедура, в соответствии с записями, возобновляется 20 июля. Еще раз подчеркнем – Жданова подтвердила подлинность этих, можно сказать, вещдоков. Иными словами, документ вновь был оформлен неправильно.
Николай Почевалов также обратил внимание, что Жданова провела итоговый допрос Ковыряева 15 июля в промежуток между 14:30 и 14:40. То есть это случилось до окончательного предъявления обвинения. Да и вряд ли 10-минутную процедуру можно назвать полноценным допросом. Скорее это мероприятие выполнено для галочки. В документе, кроме прочего, не оказалось автографа адвоката. Председательствующий посчитал, что такое доказательство нельзя считать допустимым.
В суде к материалам дела, кроме прочего, была приобщена копия ходатайства адвоката от 21 июля. Он просил провести дополнительный допрос Ковыряева (это случилось вроде как после окончательного предъявления обвинения, хотя, как писал "ОМ", процедура так не была завершена). На документе стоит отметка, свидетельствующая, что Жданова его получила. Вот только почему-то оригинала этого документа в материалах дела нет. Суд отметил, что "в нарушение требований ст. 173 УПК РФ после предъявления обвинения, то есть после 20 июля, протокол допроса обвиняемого следователем не составлялся". "Таким образом, в нарушение положений ст. 47 УПК РФ обвиняемому не была предоставлена возможность изложить позицию по предъявленному ему в окончательной редакции обвинению, чем было нарушено гарантированное ему право на защиту против выдвинутого обвинения", – подчеркнул судья. Причем "ОМ" обращал на это внимание еще два месяца назад в материале "Оставить без защиты: следователь ГСУ передала дело в прокуратуру, пока у обвиняемого не было адвоката".
Обвинительное заключение по этому, собираемому впопыхах, но успевшему прогнить, делу подписывал целый зампрокурора Саратовской области Андрей Корноваров. Однако его подобные нарушения никак не смутили, хотя дело у него пролежало 9 дней (обвинительное заключение составлено 10 августа, а утверждено 19 августа).
"При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что органом предварительного следствия допущено нарушение права на защиту, выразившееся в непредоставлении права обвиняемому на участие защитника при предъявлении обвинения, права дать показания по существу предъявленного обвинения, что свидетельствует о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ.
Указанные нарушения не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и являются препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу", – констатировал судья Почевалов.
Также председательствующему бросился в глаза размер ущерба – 7,6 млн рублей. Безусловно, это особо крупный размер, но не это так заинтересовало судью. В материалах дела не указано, как органы предварительного расследования установили, что Ковыряев нанес именно такой ущерб. В обвинительном заключении просто нет ссылок на эти доказательства (если они вообще существуют). А это, как вы понимаете, краеугольный камень всего обвинения. От суммы ущерба зависят часть статьи и, соответственно, санкция. А может, этого ущерба не было вовсе? Кто знает.
Примечательно, что устранять нарушения будет сам же Корноваров. В этом есть некая вселенская справедливость – сам кашу заварил, сам и расхлебывай.
Важно, что во всём этом круговороте бесконечного укрывательства нарушений и работы спустя рукава хоть кто-то, кроме обвиняемого и защитника, обратил на это внимание. Ведь отписки, закрывание глаз на многочисленные и очевидные нарушения в конечном счете приводят к трагедиям, сродни той, сведения о которой уже вторую неделю будоражат всю российскую действительность, – пытки в системе ФСИН и, в частности, в ОТБ-1 УФСИН по Саратовской области. Как вы уже прекрасно знаете, заключенные обращались и в СК, и в ФСБ, и СПЧ, и, конечно же, в прокуратуру Саратовской области…