Суеверия в разных культурах: что общего у русских, японцев и арабов
Мир XXI века кажется предельно рациональным. Мы доверяем алгоритмам, летаем на двухэтажных самолетах и создаем искусственный интеллект.
Однако, выходя из дома, современный россиянин инстинктивно присядет «на дорожку», японец содрогнется при виде числа четыре, а араб коснется синего амулета, чтобы уберечь товар от дурного глаза.
Суеверия — это не просто пережитки прошлого или свидетельства необразованности, а универсальный психологический механизм, попытка человеческого разума договориться с хаосом.
Несмотря на колоссальную разницу в культурном коде, у всех этих трех национальностей есть поразительно много общих черт, в том числе и в суевериях.
Нумерология в суевериях
В каждой из рассматриваемых культур существуют числа, которые вызывают дискомфорт. Разница заключается лишь в лингвистических корнях, но истоки страха идентичны.
В России главным «изгоем» является число 13. «Чертова дюжина» заставляет многих избегать это число на работе, учебе и в быту.
В христианстве неприязнь к сочетанию пятницы и 13-го числа месяца объясняется библейской историей о последней трапезе Иисуса Христа со своими ближайшими учениками. Согласно Новому Завету, 13-м участником Тайной вечери был Иуда, который предал Христа. Этот нумерологический код настолько глубоко вшит в подсознание, что даже убежденные атеисты чувствуют легкий укол тревоги, если важная встреча выпадает на пятницу 13-го.
Япония демонстрирует еще более радикальный пример — тетрафобию, или страх перед числом четыре.
Здесь причина кроется не в теологии, а в фонетике. Японское слово «четыре» (си) звучит точно так же, как слово «смерть». Этот лингвистический казус привел к тому, что в японских больницах практически невозможно найти четвертую палату, а в жилых комплексах — четвертый этаж. Более того, японцы избегают и числа девять (ку или кью), поскольку оно созвучно слову «мучение» или «страдание».
Арабы стараются не придавать мистическое значение числам как источнику удачи или несчастья, при этом западное влияние принесло сюда опасения относительно числа 13.
Суеверие — порог как портал
Дом для человека — это крепость, но у этой крепости есть уязвимые места. Главное из них — порог. Он считался границей между двумя мирами. Наши предки верили, что под порогом обитают духи предков, охраняющие вход. Именно отсюда пошел строгий запрет здороваться или передавать вещи через порог: считалось, что такое действие «разрывает» защитное поле дома или тревожит покой ушедших.
Японская традиция относится к порогу (сикии) с не меньшим трепетом. Наступить на него — значит проявить глубочайшее неуважение к хозяину и его дому.
Арабская культура добавляет в эту географию страха концепцию джиннов. В исламской мифологии джинны — это невидимые существа, которые предпочитают обитать в «переходных» зонах: на порогах, в дверных проемах и углах комнат.
Именно поэтому в арабских странах существует строгий этикет входа: в дом нужно вступать обязательно с правой ноги, произнося короткую молитву или фразу «Бисмиллях» (во имя Аллаха). Это действие призвано отогнать сущностей, затаившихся на границе миров.
Суеверие — дурной глаз и социальная гигиена
Вера в сглаз — пожалуй, самая мощная объединяющая сила. Страх перед тем, что чужая зависть или даже чрезмерное восхищение могут разрушить твою жизнь, пронизывает все три общества.
В России это проявляется в привычке «стучать по дереву» и «плевать через левое плечо». Русские люди часто скрывают свои успехи до последнего момента, боясь, что «сглазят» удачное начинание.
Арабы же верят, что если кто-то искренне восхищается вашим успехом, то должен обязательно добавить фразу «Машаллах», чтобы нейтрализовать возможную зависть.
Японцы проявляют этот страх более тонко. Чрезмерное выделение из толпы или хвастовство воспринимается как риск. Существует поговорка: «Торчащие гвозди забивают». Страх перед завистью здесь трансформировался в социальную норму — не вызывать у окружающих негативных эмоций своим успехом.
Суеверие — гастрономические табу
В Японии самым страшным нарушением застольного этикета считается вертикальное втыкание палочек в чашку с рисом. Этот жест повторяет обряд подношения еды усопшим.
Совершить такое за обычным обедом — значит буквально накликать смерть на присутствующих. Аналогично, передача еды из палочек. Причина кроется в ритуалах кремации: после сожжения тела умершего родственника кости собирают палочками, и часто перекладывают из одной пары палочек в другую.
Русские традиции также наделяют пищу, особенно хлеб, душой. Хлеб нельзя класть «вверх ногами» — это считается оскорблением самого принципа жизни, и это может навлечь несчастье или болезнь главы семьи.
Нож, оставленный в буханке, или крошки, сметенные со стола рукой (а не тряпкой), сулят бедность и разлад. Стол в русской избе называли «ладонью Бога», и любое небрежное отношение к нему воспринималось как святотатство.
Для арабов сакральность еды связана с понятием «бараката» (благодати). Левая рука считается нечистой, поэтому прием пищи осуществляется только правой.
Если хлеб упал на землю, его полагается поднять, поцеловать и приложить ко лбу в знак благодарности Творцу. Выбросить хлеб в мусор в арабской семье — серьезный проступок.
Значение суеверий с научной точки зрения
Почему же в эпоху искусственного интеллекта мы продолжаем верить в эти приметы? Эксперты находят этому логичное объяснение.
Когда мы вместе следуем народным приметам, мы без слов подтверждаем друг другу, что уважаем общие правила и доверяем партнеру. Обычное постукивание по дереву, чтобы не сглазить, превращается в символический код. Оно помогает людям почувствовать связь друг с другом и лишний раз убедиться, что они принадлежат к одному культурному кругу.
Американский психолог Стюарт Вайс, посвятивший изучению суеверий годы исследований, объясняет их популярность особенностями нашей психики. С его точки зрения, приметы — это естественная реакция мозга на неопределенность.
Когда мы сталкиваемся с ситуацией, которую не можем контролировать, разум начинает искать закономерности там, где их нет, и цепляться за ритуалы, чтобы снизить тревогу.