Писатель о своем имени в «мешках ЧК»: назовете стукачком, я приму, ибо заслужил

Со вчерашнего дня, когда в Латвии была опубликована часть картотеки КГБ, местные жители уже успели найти довольно много известных имен, среди которых оказалось и имя латвийского писателя Николая Гуданца.

 

Прояснить ситуацию, рассказывая о том времени, Гуданец решил лично.

«В Интернете появился документ, который требует разъяснений

Осенью 1981 года меня стали приглашать на беседы с офицером КГБ, который расспрашивал меня о сослуживцах и собратьях по перу.

Я отвечал на вопросы, стараясь никого не выдать и никому не навредить. Уже в то время я ненавидел советскую власть и КГБ.

После нескольких встреч мне предложили дать подписку, и я согласился, из любопытства и склонности к авантюрам. Был дураком, не понимал, что с дьяволом нельзя играть в его игры.

С тех пор меня вызывали на беседы примерно раз в полгода. Я давал характеристики знакомых — такие, что хоть в ЦК принимай. Анализировал приёмы и методы КГБ, собирал материал для книги, которую надеялся когда-нибудь написать.

Но совесть всё равно мучила. Я чувствовал себя замаранным.

Я сумел вычислить нескольких агентов КГБ в своём окружении. Но не сразу понял, что меня подвергают перекрёстным проверкам. Не сомневаюсь, уже к весне 1984 года в КГБ знали, что я лукавый раб, который потчует их пустышками. Однако продолжали держать на крючке.

Весной 1991 года мне сказали, что я нахожусь в подчинении КГБ Латвии, которое переподчинили Совету министров Латвийской ССР. Впервые за 9 лет я получил конкретное задание: внедриться в Русскую общину Латвии. Я с улыбкой спросил, дадут ли мне парабеллум, и с тех пор долгие годы обходил РОЛ за версту.

С тех пор меня никто на беседы не вызывал.

Я не жалею об этом опыте. Мне не перед кем каяться, никто из-за меня не пострадал. Но, будь возможным прожить жизнь заново, я бы поступил иначе, отказался бы от любых встреч и бесед.

А если кто-либо назовёт меня стукачом и не подаст руки, я это приму, ибо заслужил», — написал он в социальных сетях.