Этот город в России называют столицей пазиков: чем он еще примечателен и как там живется людям

04.01.2026 14:30

Шедеврум

Если представить себе идеальный образ Русского Севера, в воображении всплывает что-то величественное: белоснежные ледоколы, арктическое сияние, тихие улочки с деревянными резными домами. Но реальность Архангельска — куда более живая, шершавая и неожиданная.

Город, где когда-то начинал строиться российский флот, сегодня встречает гостей не громкими фанфарами, а характерным рёвом маленького, покосившегося автобуса — ПАЗика. Именно он, трудяга Павловского автозавода, стал неофициальным символом города, куда уж там атомным подлодкам или белым медведям.

Когда трамвай ушёл, а ПАЗ остался

Ещё недавно Архангельск мог похвастаться самым северным в мире трамваем. Его вагончики, звеня и покачиваясь, возили рабочих с заводов, школьников в училища и стариков в баню. Но в нулевые годы городские власти решили, что трамвай — пережиток прошлого. Рельсы вырвали, провода сдали на лом, а систему общественного транспорта передали частникам.

На смену ушедшему веку пришли ПАЗы — выносливые, простые в ремонте, дешёвые и способные выдержать даже весеннюю распутицу, когда улицы превращаются в болото. Эти автобусы стали не просто транспортом, а частью городской ДНК: шумные, переполненные, вечно грязные, они символизируют и стойкость, и упадок одновременно.

Сегодня власти пытаются внедрить современные автобусы на метане — синие, тихие, экологичные. Но старый добрый ПАЗ всё ещё правит бал. Он — не просто средство передвижения, а живой артефакт эпохи, когда на Севере умели выживать, не дожидаясь милости от центра.

Дома на сваях и мечты о нормальной квартире

Архангельск не удивляет гостей стеклянными небоскрёбами или футуристическими мостами. Он поражает другим: в самом центре города до сих пор стоят деревянные бараки 1930-х годов. Эти строения, почерневшие от времени и дождей, стоят на деревянных сваях — своеобразных «стульях», без которых здания давно бы утонули в болотистой почве.

Многие из этих домов настолько ветхи, что кренятся, проседают, а порой и проваливаются. Вода — из уличной колонки, туалет — во дворе, отопление — печное. И всё это — в XXI веке, в регионе, где добывают алмазы и строят атомные подводные лодки.

При этом цены на нормальное жильё — почти петербургские. «Северная ипотека» с её льготными условиями — единственная надежда для молодых семей, но и она требует серьёзных жертв. Люди берут кредиты, понимая, что десятилетиями будут платить за то, чтобы просто не жить в гниющей избе.

Есть, конечно, и другая сторона: проспект Чумбарова-Лучинского, пешеходная улочка с отреставрированными особняками, кофейнями и лавками с козулями — знаменитыми архангельскими пряниками. Но стоит свернуть за угол — и иллюзия «пряничного» города тает, как весенний снег.

На чём живёт Север

За внешней убогостью скрывается мощная экономическая основа. Архангельская область — кладовая России: здесь растут бескрайние леса, добываются алмазы на месторождениях Ломоносова и Гриба, а главное — развивается оборонная промышленность.

В соседнем Северодвинске, в сорока минутах езды по качественной трассе, расположены гиганты «Севмаш» и «Звёздочка». На этих предприятиях строят и ремонтируют атомные подлодки. Для специалистов — сварщиков, инженеров, техников — это работа мечты: зарплаты от 100 до 150 тысяч рублей, соцпакеты, уважение в обществе. Правда, требуются не только навыки, но и готовность жить в системе с жёсткой пропускной политикой и режимом секретности.

В самом Архангельске доходы скромнее — в среднем 40–50 тысяч рублей. Зато цены на продукты — московские, а то и выше: логистика на Север дорогая. Овощи зимой стоят как деликатесы, но местные компенсируют это рыбой — свежей, дешёвой, вкусной. Треска, палтус, семга — на столе почти каждый день.

Жителей даже называют «трескоедами» — и это не оскорбление, а знак уважения. Именно треска спасла город от голода в годы войны, и сегодня ей посвящён отдельный памятник.

За что цепляется сердце

При всём этом Архангельск — город, в который легко влюбиться. Его держит не инфраструктура и не экономика, а дух места.

Набережная Северной Двины — сердце города. Летом здесь гуляют семьи, бегают подростки, катается молодёжь на велосипедах. Река несётся мимо, корабли медленно проплывают вдаль, а закаты окрашивают всё вокруг в медово-розовый свет. Это зрелище, которое невозможно описать — его нужно увидеть.

Белые ночи здесь — не туристический бренд, а реальность. В июне солнце лишь на миг касается горизонта и тут же возвращается. Темноты нет — можно читать книгу на скамейке в два часа ночи. Это сводит с ума, но одновременно завораживает.

И, конечно, люди. Поморы — народ суровый, но искренний. Здесь не принято юлить или обманывать. Если человек назвал тебя другом — значит, на всю жизнь.

Архангельск — это не идеальный город, но он настоящий. Он, как тот самый ПАЗик: дребезжит, трясётся, иногда ломается посреди дороги, но упрямо катит вперёд, сквозь метели, болота и время.

Приезжий сначала ужаснётся разрухе, но если задержится подольше — услышит тихий, низкий гул северной души. И, вполне вероятно, останется.

Источник: dzen.ru