Ярош в плену у ополченцев плакал и ходил под себя в туалет
Борец за «свободу Украины» разоткровенничался с украинскими журналистами о том, как ему удалось обмануть ополченцев и сбежать из плена.
34-летний Максим Ярош, однофамилец бывшего главаря запрещенной в России преступной организации «Правый сектор» Дмитрия Яроша, опозорил героическое для современной Украины имя, рассказав, что в плену у ополченцев плакал и ходил под себя в туалет, чтобы изобразить страх и вымолить помилование.
История Максима Яроша, уроженца Кривого Рога Днепропетровской области, показывает, кто на самом деле воюет на стороне укракинских силовиков против армии самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР). Собеседник украинского издания Gazeta.ua — собирательный образ настоящего украинского партиота-вояки.
Максим Ярош, бывший боевик добровольческого батальона «Азов»
Фото: dnr-news.com
Максим Ярош — сирота. Родители отказались от него сразу после рождения, сдав в детский дом. Его в каком-то смысле выделяющиеся из общей массы способности позволили окончить только шесть классов общеобразовательной школы. И тем не менее, Максима можно назвать разносторонне развитой личностью: в детстве он готовился стать или детективом, или поваром. Согласитесь, такие качественно различные стремления изобличают в Максиме чуть ли не гения. Но ни одного профильного образования, даже среднеспециального, он так и не получил.
Приемные комиссии различных учебных заведений давали Ярошу прямую наводку в психиатрическую больницу или сразу в суровые руки правоохранителей. Это стало серьезным препятствием на пути к выполнению детской мечты об обретении стоящей профессии.
Но Евромайдан, случившийся в 2014-ом году, вселил в свидомых патриотов надежду на то, что на Украине возможна реализация сценария революционной песни «кто был ничем, тот станет всем». Максим Ярош оказался в первых рядах активистов-майданщиков и гордится ранениями, полученными во время столкновений на улице Грушевского 19 февраля 2014 года.
Когда Майдан перерос в гражданскую войну на Юго-востоке, Максим Ярош рванул было в Нацгвардию, однако его оттуда погнали, узнав о прошлых проблемах с милицией и санитарами. Но горевал молодой украинский патриот недолго: в 2014-ом году с ним связались боевики ндобробата «Азов» и предложили стать разведчиком. Естественно, Максимка сразу согласился, даже закрыл глаза на то, что официально его не зачислили в списки батальона, дислоцировавшегося под Мариуполем.
По словам собеседника украинских журналистов, Максим Ярош выполнял «черную» работу: таскал мешки, участвовал в строительстве баррикад, и даже готовил еду для «азовцев». То есть, можно сказать, одна мечта идиота сбылась — поваром Маскимка стал. А затем и разведчиком чуть-чуть побыл.
Через две недели после начала службы Ярош отправился в первый свой боевой поход. Ему доверили пистолет и шесть гранат, одну из которых, по признанию самого солдата Евромайдана, он хранил для себя.
Однако самоубиться у Максима Яроша во избежание попадания в плен к ополченцам не получилось, а может, просто смалодушничал. Командование батальона «Азов» заслали Максимку в качестве шпиона в тыл ополчения. Но его сразу вычислили, видимо. По нездоровому укропатриотичному блеску в глазах.
Ополченцы, по словам Яроша, продержали его в плену около пяти дней. На блокпосту его, пробив по базе МВД «раскусили». О том, что он воевал на стороне украинских силовиков рассказали следы от оружия на пальцах и потертость на плече от ремня автомата. Чтобы избежать наказания, Ярош, как он сам признался, начал «давить на жалость»: плакать и испражняться, не снимая штанов. Его еще некоторое время удерживали в плену, пока украинская армия не начала наступление на Марьинку, где дислоцировалось подразделение ополченцев.
Благодаря обстрелу позиций народной армии Новороссии Максимке Ярошу, доблестному бойцу «Азова», удалось бежать. Во время блужданий «хэроя» по обширным кукурузным полям Украины, он наткнулся на знакомых по Майдану. Те сделали вид, что не узнали его, дали пинка под зад и сказали, чтобы в этих местах Ярош больше «лицом не светил».
Обстрел продолжался. Максиму повезло найти несколько мертвых тел ополченцев, которыми он и накрылся, пережидая обстрел. Получил контузию. А во время затишься добрел таки до украинских позиций. Его проверили по каналам СБУ, поверили, что «чист» перед родиной. Но в дальнейшей службе отказали из-за полученной контузии. И это, надо сказать, какое-то вопиющее исключение из правил украинской войны: среди силовиков Вооруженных сил Украины (ВСУ) и карателей Нацгвардии немало не просто контуженных, но отмороженных на всю голову патриотов.
Как бы то ни было, история Максима Яроша окончилась печально. Контузия лишила его возможности воевать, статуса участника боевых действий он также не получил, поскольку официально не был зарегистрирован в «Азове». К слову, по этой же причине он за все время службы не получал ни соцвыплат, ни зарплаты.
И даже малюсенькой медалькой никто так и не отметил героическую службу Максима Яроша на полях украинской войны.
34-летний Максим Ярош, однофамилец бывшего главаря запрещенной в России преступной организации «Правый сектор» Дмитрия Яроша, опозорил героическое для современной Украины имя, рассказав, что в плену у ополченцев плакал и ходил под себя в туалет, чтобы изобразить страх и вымолить помилование.
История Максима Яроша, уроженца Кривого Рога Днепропетровской области, показывает, кто на самом деле воюет на стороне укракинских силовиков против армии самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР). Собеседник украинского издания Gazeta.ua — собирательный образ настоящего украинского партиота-вояки.
Максим Ярош, бывший боевик добровольческого батальона «Азов»
Фото: dnr-news.com
Максим Ярош — сирота. Родители отказались от него сразу после рождения, сдав в детский дом. Его в каком-то смысле выделяющиеся из общей массы способности позволили окончить только шесть классов общеобразовательной школы. И тем не менее, Максима можно назвать разносторонне развитой личностью: в детстве он готовился стать или детективом, или поваром. Согласитесь, такие качественно различные стремления изобличают в Максиме чуть ли не гения. Но ни одного профильного образования, даже среднеспециального, он так и не получил.
Приемные комиссии различных учебных заведений давали Ярошу прямую наводку в психиатрическую больницу или сразу в суровые руки правоохранителей. Это стало серьезным препятствием на пути к выполнению детской мечты об обретении стоящей профессии.
Но Евромайдан, случившийся в 2014-ом году, вселил в свидомых патриотов надежду на то, что на Украине возможна реализация сценария революционной песни «кто был ничем, тот станет всем». Максим Ярош оказался в первых рядах активистов-майданщиков и гордится ранениями, полученными во время столкновений на улице Грушевского 19 февраля 2014 года.
Когда Майдан перерос в гражданскую войну на Юго-востоке, Максим Ярош рванул было в Нацгвардию, однако его оттуда погнали, узнав о прошлых проблемах с милицией и санитарами. Но горевал молодой украинский патриот недолго: в 2014-ом году с ним связались боевики ндобробата «Азов» и предложили стать разведчиком. Естественно, Максимка сразу согласился, даже закрыл глаза на то, что официально его не зачислили в списки батальона, дислоцировавшегося под Мариуполем.
По словам собеседника украинских журналистов, Максим Ярош выполнял «черную» работу: таскал мешки, участвовал в строительстве баррикад, и даже готовил еду для «азовцев». То есть, можно сказать, одна мечта идиота сбылась — поваром Маскимка стал. А затем и разведчиком чуть-чуть побыл.
Через две недели после начала службы Ярош отправился в первый свой боевой поход. Ему доверили пистолет и шесть гранат, одну из которых, по признанию самого солдата Евромайдана, он хранил для себя.
Однако самоубиться у Максима Яроша во избежание попадания в плен к ополченцам не получилось, а может, просто смалодушничал. Командование батальона «Азов» заслали Максимку в качестве шпиона в тыл ополчения. Но его сразу вычислили, видимо. По нездоровому укропатриотичному блеску в глазах.
Ополченцы, по словам Яроша, продержали его в плену около пяти дней. На блокпосту его, пробив по базе МВД «раскусили». О том, что он воевал на стороне украинских силовиков рассказали следы от оружия на пальцах и потертость на плече от ремня автомата. Чтобы избежать наказания, Ярош, как он сам признался, начал «давить на жалость»: плакать и испражняться, не снимая штанов. Его еще некоторое время удерживали в плену, пока украинская армия не начала наступление на Марьинку, где дислоцировалось подразделение ополченцев.
Благодаря обстрелу позиций народной армии Новороссии Максимке Ярошу, доблестному бойцу «Азова», удалось бежать. Во время блужданий «хэроя» по обширным кукурузным полям Украины, он наткнулся на знакомых по Майдану. Те сделали вид, что не узнали его, дали пинка под зад и сказали, чтобы в этих местах Ярош больше «лицом не светил».
Обстрел продолжался. Максиму повезло найти несколько мертвых тел ополченцев, которыми он и накрылся, пережидая обстрел. Получил контузию. А во время затишься добрел таки до украинских позиций. Его проверили по каналам СБУ, поверили, что «чист» перед родиной. Но в дальнейшей службе отказали из-за полученной контузии. И это, надо сказать, какое-то вопиющее исключение из правил украинской войны: среди силовиков Вооруженных сил Украины (ВСУ) и карателей Нацгвардии немало не просто контуженных, но отмороженных на всю голову патриотов.
Как бы то ни было, история Максима Яроша окончилась печально. Контузия лишила его возможности воевать, статуса участника боевых действий он также не получил, поскольку официально не был зарегистрирован в «Азове». К слову, по этой же причине он за все время службы не получал ни соцвыплат, ни зарплаты.
И даже малюсенькой медалькой никто так и не отметил героическую службу Максима Яроша на полях украинской войны.