Американский журналист на РСН: Жители США стали лучше относиться к России
Л. КАНДАКЖИ: Здравствуйте, в эфире программа «За рубежами», в студии Лина Кандакжи, и мой гость сегодня – Джеффри Тейлор, шеф-корреспондент американского журнала The Atlantic. Здравствуйте, Джеффри. Д. ТЕЙЛОР: Здравствуйте. Л. КАНДАКЖИ: Мы подводим с Вами итоги 2015 года, каким было самое главное событие, на Ваш взгляд, в мире и в России? Может быть, Вы совместите, а может, разделите. Д. ТЕЙЛОР: Можно совместить: это начало военных операций России в Сирии. Будем надеяться, это будет началом конца ДАИШ. Теракты, которые произошли с авиалайнером над Египтом, Синаем и в Париже, 13 ноября и 7 января против журнала Charlie Hebdo. Эти два теракта плюс теракт в Египте дали всем понять, насколько близка опасность, и что она не уменьшается. Уже полтора года США проводят воздушные облавы, атакуют разные позиции, в итоге ДАИШ всё сильнее и сильнее. Что-то надо было делать, поэтому считаю, что в какой-то степени именно интервенция России на Ближнем Востоке может быть одним из главных событий года. Л. КАНДАКЖИ: Даже для Франции? Д. ТЕЙЛОР: Они с одобрением смотрят на это. Даже если у них разная позиция по поводу судьбы Башара Асада, они поддерживают, на улице точно. Я только что был в Париже и Италии, вчера вернулся, там это всё пользуется очень большой популярностью, именно такой шаг как интервенция России. Такое ощущение, что мы не защищены никак, никто ничего не делает против них. Известно, что они сейчас переходят в Европу массовым образом, всё без контроля, Обама говорит одно, но особо ничего не делает, Россия всё-таки начала действовать, достаточно быстро, резко, и видно, что это меняет ситуацию. Л. КАНДАКЖИ: Многие средства массовой информации России, мировые СМИ перестали называть «Исламское государство» ИГИЛ и перешли на арабскую аббревиатуру и говорят: ДАИШ. Как Вы к этому относитесь, можно ли и это считать событием года, неким поворотом в истории с этой террористической группировкой? Д. ТЕЙЛОР: Я думаю, что это всё, наверное, смешно выглядит в глазах боевиков, мол, они думают, что нас запугают, если будут называть не так, а эдак. Я знаю, что Обама отказывается говорить «Исламское государство», говорит ISL, ISIS – это аббревиатура на английском языке, ДАИШ тоже говорят, но, по-моему, не важно, как мы будем их называть. Л. КАНДАКЖИ: Факт остаётся фактом. Д. ТЕЙЛОР: Я знаю, что в СМИ поднимают этот вопрос, но для меня он второстепенный, если не третьестепенный. Они сами считают себя такими. Опасность не в том, как они себя называют, а что делают в Париже и сейчас в Калифорнии. Л. КАНДАКЖИ: Для США что в этом году было самым важным? Д. ТЕЙЛОР: В какой-то степени я с пренебрежением относился к этому вначале, но сейчас я вижу, что это серьёзно – возможная кандидатура Дональда Трампа на президентских выборах в будущем году. Впервые такой человек выступает, делает столько заявлений, которые считались бы стыдными до того, а он это делает и набирает голоса. Л. КАНДАКЖИ: С чем это связано? Д. ТЕЙЛОР: Я думаю, с отчаянием американских избирателей. Л. КАНДАКЖИ: Даже так? Д. ТЕЙЛОР: Да, что эта система изменится, принесёт какие-то плоды, что можно на что-то повлиять. Он проводит свою кампанию не как политик, а как средний человек. На самом деле, он и мыслит так, он не специалист, не разбирается, и не хочет, он думает, что то, что он говорит сегодня – это важно. Я думаю, он станет кандидатом от республиканской партии. Л. КАНДАКЖИ: В последнее время и Голливуд, и некоторые российские компании стали снимать сериалы и фильмы, связанные либо с Холодной войной, либо со шпионами, американские шпионы в России или наоборот, часто отсылают нас ко времени СССР, так ли всё в реальной жизни, как в американском кино? Действительно ли, в США за 2015 год, который ушёл, думают, что Холодная война вернулась, что Россия для Соединённых Штатов стала угрозой, быть может? Д. ТЕЙЛОР: Средний человек так не считает. Но то, что администрация Обамы приняла такое решение – это так, и то, что конфронтация идёт бесконтрольно – тоже верно, это очень опасно. Есть разбирающиеся люди, которые понимают опасность ситуации, те, кто смотрят сериалы, я не могу сказать, американцы обычно мало внимания уделяют внешней политике, их волнует именно то, что у них под носом. Сейчас меняется отношение к России в положительную сторону из-за того, что происходит в Сирии. Л. КАНДАКЖИ: Поддерживают всё-таки? Д. ТЕЙЛОР: Понимают. Многие говорят: пусть лучше Путин разберётся, чем мы, полтора года бомбим, заявляем об успехах, а потом теракт в Калифорнии, самый большой за 15 лет. Люди понимают, что это не эффективно. За день до того как произошёл теракт в Калифорнии, Обама сказал, что ДАИШ не может вылезти оттуда, мы их держим там, как в клетке. Но по факту получилось, что нет. Все понимают, и очень много страха у людей именно из-за этого. Л. КАНДАКЖИ: Как Вы думаете, возможно ли победить ДАИШ? Д. ТЕЙЛОР: Я думаю, что в военном плане можно. 30 тысяч боевиков, может, чуть побольше, военная победа может быть, но идеологическая война намного сложнее. Штаты вторглись в Ирак, уничтожили его, уничтожили Сирию с помощью Франции, Италии, Великобритании, и хаос только растёт с тех пор. Военная интервенция сама по себе даёт определённые плоды, а потом нужно что-то ещё делать. В связи с терактами в Европе это становится вопросом внутренней политики и безопасности всех европейских стран и Штатов тоже. Там вопросы намного сложнее. Л. КАНДАКЖИ: Вы говорили, что недавно были во Франции и в Италии – вопрос беженцев как сейчас там стоит? Д. ТЕЙЛОР: Люди смотрят с опаской. Я был в Италии, куда беженцы идут уже несколько лет. Л. КАНДАКЖИ: Наверное, ещё со времён Ливии. Д. ТЕЙЛОР: Как скинул Каддафи, который договорился с Берлускони, что не допустит беженцев, что Италия даст ему 5 миллиардов долларов в год за колониальную оккупацию Ливии. А сейчас все дороги открыты к берегам моря, люди садятся на лодки, переплывают, их спасают. Потоки идут бесконтрольно. Недавно агентство Евросоюза заявило, что Италия не делает достаточное количество отпечатков пальцев, что половина людей проходят границу и регистрацию без этого, то же в Греции. Бесконтрольно идут десятки тысяч людей, которые могут побыть в центре для беженцев, а потом уйти, куда хотят. Л. КАНДАКЖИ: А почему нет контроля: из-за лени или их так много, что не успевают? Д. ТЕЙЛОР: Я думаю, что не успевают, такие потоки исторические. Говоря о Франции, думают, что сейчас просто не известно, кто там, границы пока достаточно свободно можно пересечь, хотя Франция закрывает границу с Италией, чтобы прекратить, они уже пару лет назад закрыли, несмотря на Шенген, они не должны так делать, но мы с нашими паспортами можем пройти, а беженцев не пускают. Значит, Шенген, наверное, обречён. Все говорят, что сейчас будут останавливать у себя, Дания, Швеция, разные страны начинают, вопрос о порядке, как и что будет, если сотни тысяч людей, особенно зимой, приедут, нечем укрываться, нечего кушать – это может быть очень опасно. Л. КАНДАКЖИ: Поначалу говорили, что это поток из Сирии, из Ирака, а сейчас уже можно наблюдать кадры различных телекомпаний, которые показывают, что там есть беженцы из Ирана. Может, они по каким-то политическим проблемам бегут, но войны в Иране нет, также беженцы из Афганистана, из африканских стран. Мы боимся, что среди этих беженцев есть исламисты из ДАИШ, но ведь есть ещё такая организация как «Боко харам» – те, кто бегут из Африки, могут ли быть её представителями? И почему поначалу говорили, что среди них только сирийцы, а сейчас бегут отовсюду? Д. ТЕЙЛОР: Я сделал репортаж в Сицилии, когда там был кризис, были люди из Сьерра-Леоне, Нигерии, из разных стран. Л. КАНДАКЖИ: Они всегда бежали в Европу? Д. ТЕЙЛОР: Да, через Средиземное море в Италию, Сицилию. Среди них могут быть террористы, думаю, подавляющее большинство людей такими не являются, но если нет контроля – не известно. Уже ясно, что двое из напавших в Париже, свободно прошли с беженцами, они граждане Франции или Бельгии. До того и после люди свободно пересекали границу с Турцией в Сирию. То есть, вообще не известно, кто находится в Европе, и как они определят. Министр внутренних дел Франции открыто говорил после Charlie Hebdo, почти год назад, что контроль потеряли. В то время было около 1500 людей в списке С – самых опасных, экстремистов того или иного рода. Сейчас уже 11,5 тысяч. Ситуация развивается и следить за ней не успевают. Л. КАНДАКЖИ: Спасибо Вам большое. Давайте на хорошей ноте закончим. Год был непростой, и такое ощущение, что в этом году чаша весов перевесила, плохих новостей было больше. А что хорошего Вы можете пожелать нашим слушателям в новом, 2016 году? Д. ТЕЙЛОР: Конечно, всех благ, здоровья, счастья, любви, чтобы все смотрели передачи и слушали, потому что ситуация будет развиваться очень интересно. Надеюсь, что в конце концов Россия и Америка найдут общий язык, и конфликт из-за Украины останется в прошлом. Л. КАНДАКЖИ: Спасибо, с Новым годом!