Шведская армия накануне Северной войны. Стратегия союзных держав и Швеции
Накануне войны с Россией, Данией и Саксонией, Шведская империя (так называли королевство Швеция и ее владения в период с 1561 года - после завоевания Эстонии, по 1721 год) являлась одной из великих держав Европы и обладала сильной армией и флотом.
В ходе 30-летней войны (1618—1648) блестящие военные действия шведских военачальников обеспечили за Швецией выдающуюся роль в Европе. По Весфальскому миру под контроль Швеции перешла Западная Померания с портом Штеттин, некоторая часть Восточной Померании, право на Померанский залив с приморскими городами. Шведы теперь господствовали над устьями всех рек раздробленной Германии и над большей частью побережья Балтийского моря. По итогам датско-шведской войны 1643—1645 годов (она была частью 30-летней войны) был подписан Брёмсебруский мир. По нему Швеция получила острова Готланд и Эзель и также две области на норвежской границе: Емтланд и Херьедален. Помимо этих территориальных уступок, шведов освободили от таможенных пошлин при прохождении их судов через Зунд. Кроме того, датчане, как гарантию вышеперечисленных уступок, отдали Швеции на 30 лет провинцию Халланд.
Затем Дания потерпела поражение в войне 1657—1658 годов. В датском городе Роскилле был подписан мирный договор, по нему Дания понесла огромные территориальные потери. Шведы получили три провинции на юге Скандинавского полуострова - Сконе, Халланд и Блекинге, город Тронхейм. А также к Швеции перешли острова Борнхольм (позже и Вен в Зундском проливе), Богуслен на Каттегате и Трондием-Лен на норвежском побережье. Кроме того, Копенгаген обязался не пропускать в Балтийское море корабли «неприятельских» держав. Правда, через два года Тронхейм и Борнхольм были возвращены датчанам, но зато Швеция по миру с Польшей получила всю Лифляндию.
К началу XVIII века Шведская империя переживала не только военно-политический, но и экономический подъём. Страна располагала значительным количеством мануфактур, в том числе железоделательных. На базе развитой металлургии существовала военная промышленность. Швеция контролировала важнейшие военно-стратегические пункты Балтийского моря, её гарнизоны стояли по всей Прибалтике и в Северной Германии. Для того, чтобы сохранять завоеванные территории и иметь возможность расширить свои владения шведское королевство содержало мощные вооружённые силы. Шведские Военно-морские силы полностью контролировали Балтийскую акваторию, в их составе было 42 линейных корабля, 12 фрегатов (по другим данным 38 линейных кораблей и 10 фрегатов), значительное число более мелких боевых кораблей, с 13 тыс. матросов. Шведский флот имел три эскадры, на бортах их кораблей было до 2,7 тыс. орудий. Кроме того, шведы могли использовать в военных целях и суда торгового флота – до 800 единиц. Их можно было вооружить дополнительными орудиями, использовать как военные транспорты, десантные корабли. Швеция благодаря этой армаде могла перебросить свою армию практически в любую точку Прибалтики. Её противники такой возможности не имели, у России и Польши флотов на Балтике не было, датский флот был слабее шведских ВМС.
Шведская система военного планирования предусматривала, что линия мощных крепостей по границам Шведской империи в Северной Германии, Прибалтике и Финляндии с сильными гарнизонами и мощной артиллерией может выдержать первый удар вражеской армии, выиграть время для переброски подкреплений, основных сил шведской армии. Эти же крепости могли стать плацдармами для сосредоточения основных шведских вооружённых сил для вторжения на чужую территорию. На границе с Россией такими крепостями были Нарва, Ямбург (Ям), Нотебург (Орешек), Ниеншанц, Кексгольм (Корела) и т. д. Главные силы шведской армии располагались в метрополии.
Шведская империя в 1658 году.
Развитие шведской армии
Со времён 30-летней войны и военных реформ короля Густова II Адольфа (1611—1632), шведская армия считалась непобедимой в Европе. Небольшую постоянную армию Швеция имела с конца 16 столетия, кроме того, в случае войны созывали ополчение. Шведская армия имела огромный военный опыт и была детищем короля Густава II Адольфа «Льва севера». Это была самая старая, уступая только нидерландской, постоянная армия Европы. Если армии Европы были в основном наёмными, то шведская армия ещё до реформы «Льва севера», с середины 16 столетия формировалась на основе принципа обязательной воинской повинности и выборочного призыва. Каждая сельская община была обязана выставить определённое число мужчин. Из них специальная комиссия выбирала солдат согласно рекрутским спискам. Это обеспечивало однородный национальный состав армии, который был более морально устойчив, дисциплинирован, в отличие от наёмников. При Густаве-Адольфе страну поделили на девять территориальных округов. В каждом округе формировался «большой полк» численностью в 3 тыс. человек. Каждый большой полк делился на три «полевых полка» по восемь рот в каждом. Полки были дислоцированы, каждый в своём чётко определённом месте. Рекрутом должен был стать каждый десятый крестьянин. Такая система позволяла Швеции иметь в мирное время довольно крепкую армию в 27 тыс. человек. Ко времени смерти Густова-Адольфа в шведской армии было 23 пехотных и 8 кавалерийских полков.
Густав-Адольф также заложил основы линейной тактики: вместо глубокого построения, которое было принято в армиях стран Европы, шведские мушкетёры строились всего в 3 шеренги, а пикинёры в 6 шеренг. Мушкетёры использовали залповый огонь, а пикинёры пользовались своим оружием не только в обороне, но при наступлении. Полевая артиллерия была разделена на тяжёлую и лёгкую.
Военная реформа Карла XI
Позднее в Швеции получила развитие система поселённых войск. Король Карл XI (1660 – 1697) в 1680-е годы провёл коренную реформу вооружённых сил, которая ещё более увеличила их боевую мощь. Система, когда в армию призывали каждого десятого крестьянина или мелкого ремесленника, была крайне непопулярной в стране, к тому же содержать постоянную армию было тяжело для казны государства. Карл XI не хотел обременять национальный бюджет, но при этом стране была нужна хорошо подготовленная, постоянная армия. Была введена поселённая система комплектования вооружённых сил. Суть системы заключалась в том, что основные расходы на содержание постоянной армии покрывались за счёт доходов государственных и частных земельных владений. С этой целью заранее был создан специальный военно-земельный кадастр, он учитывал владения крестьянских общин, частных ферм, которые использовались для содержания солдат и офицеров. В свою очередь, общинные и частные земли делились на одинаковые по доходности участки, дохода с одного земельного участка должно было хватать на содержание одного солдата. Один такой участок объединял группу крестьянских хозяйств – роту. Каждая «рота» должна была содержать одного солдата-пехотинца. За это крестьянские хозяйства освобождались от налогов. Кроме того, каждому солдату выделялся надел земли, где было его жилище.
Кавалерию комплектовали почти также. Всадника и его коня содержали одно или несколько хозяйств, за что им снижали налоги. Офицерам в качестве жалованья выдавали земельный участок с усадьбой, его размеры и доходность зависели от должности владельца. Аналогичную систему частично распространили и на Военно-морской флот. Благодаря этим реформам у Шведской империи было 38 тыс. человек постоянного войска, плюс в провинциях — примерно 25 тыс. в гарнизонной и иной службе. В этот же период построили новую военную гавань — Карлскруну («корона Карла»). Эта система территориально-милиционного комплектования армии Швеции сохранилась до конца XIX века. Таким образом, в мирное время значительная часть пехотинцев, кавалеристов и матросов занимались земледелием, снимая значительное давление на казну страны. Вооружение, конь (у кавалеристов), обмундирование находилось на ферме, и солдат мог в любое мгновение выступить в поход. Боеприпасы, другое армейское снаряжение, амуниция располагались на складе у жилища ротного капитана. Обучение солдат осуществлялось путём привлечения на ежегодные месячные военные сборы, которые проходили после уборки урожая.
Основание Карлскруны.
Шведская армия перед Северной войной
Когда на трон взошёл Карл XII (1697 — 1718) у Швеции в мирное время была примерно 60 тыс. армия. В военное время численность армии наращивали с помощью рекрутских наборов. Кроме постоянной армии, которая комплектовалась вышеизложенным способом, в Швеции были и немногочисленные наёмные войска – из наёмников набирали королевскую конную гвардию (брабантов) и артиллеристов.
Это была одна из самых совершенных военных машин, которые были созданы в человеческой истории. Её усиливала религиозная составляющая. Боевой дух шведской армии был очень высок – солдаты и офицеры считали себя непобедимыми. Эта мысль основывалась на особом религиозном настрое, который был основан на протестантском учении о Божественном Предопределении. Этот настрой поддерживался полковыми пасторами, которые утешали раненых и умирающих, надзирали за образом жизни и выполнением солдатами религиозных обрядов. Протестантские священники внушали военным фатализм (фактически шёл процесс программирования на равнодушие к смерти). Например, при штурме вражеских позиций солдаты не должны были пытаться укрыться, им предписывалось идти в атаку в полный рост. Поддерживая свою паству и на поле боя, священники сами часто гибли. Самым главным доказательством Божьего благоволения к Швеции, королю, армии были победы — а шведская армия привыкла побеждать, шла от победы к победе. Солдат убеждали, и они были в этом уверены, что шведская армия послана Богом покарать еретиков, отступников и грешников, бесчестных и нечестивых правителей, которые начали войну против Швеции без справедливых причин. Для поддержания этого мифа пасторы прибегали к библейским эпизодам. К примеру, во время войны с Россией, шведов сравнивали с древними евреями, которые воюют с язычниками. Протестантская религия нужна была и для поддержания в солдатах и офицерах жестокости к противнику: слова «кара» и «месть» во время Северной войны не сходили с языка пасторов. Они черпали свое вдохновение в страшных сценах Ветхого Завета, где древние евреи истребляли поголовно не только людей, но даже их скот, собак, всю живность. В этом плане (психологического настроя) шведская армия напоминает гитлеровский вермахт.
Война отвечала и психологии шведского дворянства. Для дворян война была источником славы, наград, обогащения, а мир часто оборачивался материальной нуждой, скукой и безвестностью. Это были настоящие потомки викингов, мирная жизнь была просто скучной. Эту мысль превосходно выразил знаменитый шведский полководец Левенгаупт: «На войне и за границей меня и самая малость радует больше, чем так называемые радости, на которые я со стыдом и тщеславием дома, у себя на родине, время убиваю». Шведский дворянин Густав Бунде говорил: «Многие рыцари нашли себя и выказали свои способности, чем достоинство своего сословия поддержали, в то время как иначе им пришлось бы дома в ничтожестве прозябать».
Для быстрого сбора войск были разработаны хорошо продуманные планы мобилизации, которые обеспечивали быстрое развёртывание и концентрацию главных сил в избранном командованием пункте для отправки в провинции на южном берегу Балтийского моря. Планы предусматривали количество времени необходимое для перехода, отдыха, определяли место отдыха двигающихся войск. В результате Швеция опережала своих противников в мобилизационном развёртывании войск. Это и произошло в начале Северной войны.
Армия была хорошо обучена и вооружена, солдаты храбры и выносливы. Её возглавлял выдающийся полководец своего времени Карл XII. Он отличался решительностью и быстротой действий. В отличие от руководителей армий противника, которые придерживались методичной стратегии, Карл не боялся быстро и свободно маневрировать большими силами, рисковать (этому содействовало и наличие мощного флота). Он мог неожиданно нанести удар там, где его не ждали, навязать сражение на выгодных ему условиях. Бить врага поодиночке. Карл XII был приверженцем стратегии Александра Македонского, старался разгромить врага в решающем сражении.
Карл был лично храбр, это был король-воин. Когда в Стокгольм пришло сразу несколько парализующих волю новостей, одновременно с захватом датским войском Голштинии, поступила весть о вторжении войск Августа II в Лифляндию без объявления войны и известие о союзе трех великих держав против Швеции. Это ужаснуло Государственный совет Швеции, стали предлагать остановить войну с помощью переговоров. Король Карл поднялся со своего места и сказал, что он будет вести войну до полной победы над всеми противниками. Начало войны резко изменило характер Карла, он сразу отказался от всех забав юности и стал настоящим аскетом. Отныне король не знал ни роскоши, ни вина, ни женщин, ни игр, ни отдыха. Стал одеваться как простой солдат, став настоящим монахом в солдатской куртке.
В центе Стогольма среди памятников многим королям есть и памятник Карлу XII.
Свобода маневрирования шведской армии объясняется не только наличием мобилизационных планов и сильного флота, но и методами снабжения войск. Их обеспечение осуществлялось не только путём подвоза припасов из тыловых баз, но и за счёт местных ресурсов (часто грабежа населения). «Война кормила сама себя» - шведская армия использовала местные ресурсы для снабжения, но для такого метода требовалось быстрое передвижение, оккупированная область не могла долго содержать войска. В результате шведская армия не была привязана к базам снабжения.
Шведы относились беспощадно не только к противнику, его войскам, но и местному населению. В одном из посланий к генералу Реншильду шведский король писал: «Все кто медлит с доставкой (контрибуции) или вообще в чём-нибудь провинится, должны быть наказаны жестоко и без пощады, а жилища их сожжены…» И дальше, поселения, где «вы встретите сопротивление, должны быть сожжены, будут ли жители виновны или нет». В другом письме он уведомляет своих генералов, что если враг не оставляет их в покое, тогда необходимо «опустошить и выжечь всё кругом, одним словом, так разорить страну, чтобы никто не мог к вам подойти». Король сообщает, что поступает сам подобным образом: «мы стараемся изо всех сил и также разоряем и выжигаем каждое местечко, где появился противник. Недавно таким образом я сжег целый город…».
И здесь мы видим, что крайняя жестокость вообще свойственна западной цивилизации. Методы беспощадного террора в отношении гражданского населения были на вооружении у «просвещённых европейцев» задолго до появления «белокурых бестий» Адольфа Гитлера.
В области тактики в шведской армии придерживались линейных боевых порядков. Пехота строилась на поле боя в 2-3 линиях, кавалерийские полки обычно располагались уступами на флангах пехотных соединений. На поле боя шведская пехота стреляла по противнику залпами, а затем решительно шла в штыковую атаку. Кавалерия (драгуны и кирасиры) смело врубалась в порядки врага. Пехота, кавалерия и артиллерия тесно взаимодействовали. Основным тактическим приёмом во время сражения была решительная атака пехоты на центральные позиции врага. Обычно неприятель не выдерживал удара стойкой и храброй шведской пехоты, а удар кавалерии довершал разгром.
Шведские пехотные части на две трети состояли из мушкетёров и на треть из пикинёров (солдат вооруженных пиками). Но постепенно вся пехота была вооружена ружьями со штыками. Кавалерия была вооружена пистолетами и палашами, драгуны имели ещё и мушкеты. Кирасиры были защищены кирасой. Шведская полевая артиллерия к 1700 году была объединена в один полк с личным составом в 1800 человек. На вооружении полка стояли 8-ми и 16-фунтовые гаубицы, 3-фунтовые полевые пушки.
В результате, шведская армия была готова к войне намного лучше, чем русская. Она была мобилизована, хорошо вооружена и обучена, демонстрировала высочайший боевой дух, её возглавлял талантливый молодой полководец и опытные генералы. Русская же армия была в стадии реформирования, старые традиции ломались, новые ещё не прижились. Большой слабостью русской армии был тот факт, что в её высшем командовании преобладали иностранцы.
Образец шведской пики.
Военные планы союзников и Швеции
Общий план войны союзников – Дании, Саксонии, России сводился к последовательной атаке на шведские территории в Северной Германии, южной Прибалтике, Карелии. Постепенному захвату стратегически важных крепостей, городов, пунктов. Русское командование собиралось действовать в Ингерманландии и Карелии – вернуть России земли, потерянные в результаты Смуты начала 17 столетия, выход в Балтийское море. Отлично понимали стратегическое значение крепостей в Ингерманландии и Карелии и шведы. Они были «ключами» к Лифляндии и Финляндии.
Конкретный план действий разрабатывали исходя из союзнических договоров, заключенных с Саксонией и Данией. Датчане и саксонцы были должны выступить первыми, а Россия после заключения мира с Портой.
Подготовку к войне в России старались сохранить в тайне. Когда шведский резидент в Москве Книпер Крон попросил объяснить русские военные приготовления, создание регулярной армии, ему сообщили, что после роспуска стрелецкого войска в России не осталось пехоты, а стране надо быть готовой к войне с Османской империей. О скрытности подготовительных мероприятий говорит тот факт, что о близости начала войны не предупредили даже воевод прифронтовых Пскова и Новгорода. Объектом первого удара русской армии была выбрана Нарва. Успех начала войны был связан с одновременным ударом трёх держав, но с самого начала этот план был нарушен.
В Швеции существовали мобилизационные планы, которые позволяли в быстрые сроки перебросить армию к угрожаемому участку. Кроме того, был проект, по которому Новгород, Псков, Олонец, Каргополь, Архангельск должны были стать шведскими. Таким образом, Швеция отбрасывала Россию дальше в континентальные области, от своих владений на Балтике, наносила мощный удар по торговым конкурентам (уничтожалась русская торговля через Архангельск). Шведы собирались провести решительные наступательные кампании против каждого противника по отдельности. Наиболее опасным противником считалась Дания (у неё был флот), против неё планировали сосредоточить основные усилия армии и флота на начальном этапе войны. В это время в Прибалтике шведские крепости были должны упорной обороной сковывать силы других противников и ждать прихода основных сил.
Шведские кавалеристы.
- Автор:
- Самсонов Александр