Блог главреда: мода для всех
Знакомство с миром моды у меня произошло еще задолго до редакторства. В юности хрупкой нимфой меня нашли модельные скауты — и пригласили в агентство. Хвалили пропорции, жаловались, что «хорошо бы еще пару сантиметров к твоим 177», а еще просили «немного сбросить». Весила я тогда 52 кг, а бедра при этом были предательски женскими — 94 см. Помню тогда свое удивление — куда худеть-то? Я чувствовала себя очень уверенно, решительно не видя необходимости каких-либо изменений в своем теле. Но тогда подумала — надо так надо, взрослые и опытные дяди и тети, отправившие в несладкий модельный путь не одну красотку, лучше знают. Я начала похудение в своем максималистском стиле — стала есть только обезжиренный творог и свежие овощи. Естественно, через пару дней благополучно и с театральным грохотом свалилась в обморок. В отключке мне виделись галушки, вареники с вишней, борщ и майонезные салаты. Основной проблемой было, впрочем, не это — за пару месяцев я, напористая громкая девица, — чуть затихла. Потому что оказалось, что агенты никогда не бывают довольны. Тебя постоянно сравнивают с тем, кто выше, с тем, у кого уже бедра, чище кожа и — полный аут — кто моложе тебя, шестнадцатилетней.
Длинноногих ланей, высоченных, тоненьких, хрупких, в модельном мире — тысячи. Отличить их друг от друга трудно. Много незапоминающихся тусклых рыб с невыразительными запавшими глазами и печатью невыносимой скуки на лице. Молодая Джиджи Хадид стала моей любимицей моментально. Вот уж где свежесть, формы, здоровье и — секс, совсем как в золотой век моделинга в 90-е. На Неделе моды в Милане я увидела ее на подиуме — да, она больше, тяжелее других моделей. После показа Versace она опубликовала свое знаменитое письмо: «Ваши комментарии не заставят меня изменить свое тело, не заставят меня сказать «нет» дизайнерам. И дизайнеры не поменяют своего отношения ко мне. Если бы у меня не было такого тела, у меня не было бы и такой карьеры. Мне нравится, что я могу быть сексуальной. И я горжусь этим». На красавицу сыпались злые комментарии: «Ты толстая!», «Ты недостойна быть на этом шоу!».
Еще пару месяцев назад я не удивилась, когда прочитала откровения ее мамы Иоланды Фостер — бывшая датская модель сетовала, что долго не могла найти для Джиджи агента. Все в один голос твердили, что в рекламе Tom Ford моделей с такими формами не снимают и она навсегда останется девушкой Guess. А сейчас эти все слабаки кусают локти — у Джиджи контракты с Maybelline, несколько обложек Vogue, бесчисленное количество кампаний, съемок и шоу. У нее, у девушки со щечками, неидеально тощим, адекватным женским телом, с грудью, попой. На нее хочется смотреть и любоваться, от нее хочется детей, с ней можно съесть вечером бургер и потом не слушать нытье. Она привнесла в мир страдающих худеющих неврастеничек здоровье и секс. Привнесла мягко — она не весит 100 кг, она все еще влезает в те же платья, что и другие модели. Она не подстроилась, она задала новый тренд — на наличие фигуры. Не пошлый тренд в виде огромных кардашьяновских поп и губ, а естественный - на любовь к себе. Эта девушка не будет падать в голодные обмороки. Банальность, но калифорнийская Джиджи еще раз подтверждает оскоминную мысль о том, что нужно быть собой — иначе счастливой быть не получится.
Мир моды — это живой, постоянно развивающийся организм. В какой-то момент классические, пышущие здоровьем модели сменились кокаиновой Кейт Мосс. Теперь же важно просто заявлять о себе — со всеми своими недостатками. В тренде — модели-альбиносы, модели-трансгендеры, даже плюс-сайз уже несколько потерялись в этом бесконечном круговороте борьбы за права и внимание. И это круто. Потому что жизнь богаче и интереснее стандартов. Что, впрочем, не отменяет моей бесконечной любви к сочным классическим красоткам из 90-х.
Читайте также:
"Выбирайте, кем быть - эффектной пышкой, стремной пышкой или вообще не пышкой"
"Я не хочу быть мальчиком, это не мое тело"