«Путь к славе и драма жизни»: судьба Сайдашева и затянувшийся ремонт в его музее
Директор музея показала обновленные интерьеры, рассказала о концепции будущей экспозиции, а также о малоизвестных фактах из полной драмы личной жизни великого татарского композитора.
Музей Сайдашева расположен во флигеле особняка конца XIX века, который сейчас занимает театр Тинчурина. Композитор жил в одной из квартир в этом флигеле с 1930 по 1954 год с короткими перерывами, именно здесь родились его лучшие произведения. Музей открылся 25 июня 1993 года.
«Его не волновали бытовые неудобства»
– Эльвира Шамилевна, как директор музея, музыковед, мы можете многое рассказать о Салихе Сайдашеве. Его современники упоминают о задумчивых и голубых, как море, глазах, волнистых волосах, о мягкой и спокойной манере общения. Каким еще был Сайдашев?
– Салих абый был вежливым, деликатным, здоровался даже с детьми. В кармане всегда носил конфеты для малышей, любил их угощать. Хотя он был великим композитором, таковым его считал народ, никогда не ставил себя выше других. Он не думал о бытовых неудобствах, потому что с головой уходил в работу. Сайдашев считал своим основным долгом работать день и ночь, почти без отдыха.
Эльвира Низамутдинова: «Сайдашев считал своим основным долгом работать день и ночь, почти без отдыха»
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Невзирая на тяготы жизни, старался сохранять хорошее настроение, любил рассказывать занимательные истории, анекдоты, а как личность был удивительно мудрым. Кого ни спроси, все о нем говорят: «Красивый и интеллигентный, очень порядочный и кристально чистой души человек».
– Говорят, у творческих людей бывают свои странности.
– Никаких странностей у него не было. Обычный творческий человек, с талантом от Бога.
– Всего одно произведение в истории татарской музыки заставляло людей слушать его стоя и под аплодисменты – это «Марш Советской Армии» Салиха Сайдашева. Но снискавшего такое уважение народа автора недолюбливали и руководители, и чиновники. Почему?
– Салих абый, несмотря на свою гениальность, был человеком исключительно скромным. Не из тех, кто выпрашивает себе имя и регалии, теплое кресло. Даже после того, как по несправедливому решению он был уволен в 1948 году из Татарского государственного академического театра, искренне верил, что справедливость все равно возьмет верх.
«Он ведь учился в медресе “Мухаммадия”, воспитывался в религиозном духе. В партию не вступал, а в советское время это было серьезным проступком»
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Потом, он ведь учился в медресе «Мухаммадия», воспитывался в религиозном духе. В партию не вступал, а в советское время это было серьезным проступком. Если ты беспартийный, значит, против партии. Председатель Союза композиторов ТАССР Назиб Жиганов его много раз уговаривал написать заявление о вступлении в партию. «Если что-то случится, я тебя не смогу защитить», – говорил он ему.
Кстати, сотрудники музея всегда опровергают версию вражды Жиганова и Сайдашева. Два великих композитора относились к друг другу с уважением, и ценили творчество друг друга.
Салих абый вступление в партию воспринимал как очень ответственный поступок, и не хотел решать этот вопрос формально. Кроме того, он жил в доме с глубоко верующими женщинами – его мамой Махубжамал Сайдашевой и свекровью его сестры, матерью Шигапа Ахмерова Зулейхой Ахмеровой.
Салих Сайдашев, 1910 г.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
«С русской женой ограничивается загсом»
– Но, выросший в религиозных традициях, он все же женится на русской девушке Валентине. У них был никах?
– Валентина Мухина – частая гостья в семье Ахмеровых. Она занималась репетиторством по русскому языку и математике с племянником Сайдашева Узбеком Ахмеровым. Хорошо играла на фортепиано. Была из интеллигентной семьи художника, училась на медицинском факультете Казанского университета.
Молодые искренне любили друг друга. Она была его единомышленником, близким другом.
Тайно расписавшись в загсе, от страха, что их не примут родственники Сайдашева, десять дней жили на квартире Джаудата Файзи.
Была и другая причина: ранее к родной сестре Шигаба Ахмерова Зайнап сватался военный по имени Бернияз из Казахстана. Но родные не согласились на этот брак. История закончилась трагически – влюбленный молодой человек застрелил Зайнап и себя. Родные боялись, что трагедия может повториться.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Но все-таки это был уже 1925 год. Когда молодые супруги появились в доме, родственники их простили и благословили. Естественно, никах им не читали.
Спустя год Валентина родила сына, которого назвали Альфредом. Но через неделю молодая мать умерла от заражения крови. Пенициллин в то время еще не был открыт.
«Своей смертью Валя погубила всю мою жизнь», – говорил Салих абый. Ему так и не удалось найти похожую на Валентину женщину, которая могла бы понять его гений, верную спутницу, заботящуюся о нем как о композиторе, чтобы собирала по крупицам вехи его творчества, как, например, жены Кабалевского, Рахманинова.
«С ученицей была не любовь, а влюбленность»
– Как известно, о любви Сайдаша и девушки из Татарской слободы писал Амирхан Еники (повесть «Гөләндәм туташ хатирәсе»). Получается, первой любовью композитора была именно она – Фатимахи-Зухра Султанова? Если бы ей хватило смелости сбежать из дома, жизнь Сайдашева, возможно, сложилась бы совсем по-другому, как вы считаете?
– Фатимахи-Зухра была просто его ученицей, думаю, что между ними не было любви. Да, Салих ценил ее талант пианистки и певицы. Он предложил ей уехать с ним на гастроли. Но для этого девушке нужно было сбежать из дома. То ли ей стало страшно в 16 лет оказаться одной вне семьи, говорят, что отец в бурные революционные годы запирал входную дверь на несколько замков и прятал ключи. Но Фатимахи-Зухра осталась дома.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
18-летний Сайдашев – молодой, статный, привлекательный учитель музыки 16-летней девушки, всей душой и телом отдавался творчеству и зарождающемуся татарскому театру. Если бы между ними была настоящая любовь, она бы смела все преграды.
У Фатимахи-Зухры родители были хотя и продвинутых взглядов, но со старыми религиозными традициями. Обучали дочку различным наукам и языкам дома, и в педагоги брали только женщин. Салиха приняли в педагоги в девочке-подростку по многочисленным рекомендациям очень солидных людей, которые ручались за его порядочность и религиозность. Я считаю, что это не любовь, а просто влюбленность. А большая любовь Салиха – его первая жена Валентина Мухина. Когда в 1926 году Валя умерла, чтобы унять душевную боль, Сайдашев целиком посвящает себя работе, занимается только музыкой.
«Неудачный второй брак, гибель сыновей и снова одиночество…»
– Со второй женой – Сафией Альняевой они поженились в 1929 году. Но и этот брак в итоге оказался неудачным.
– Вторая жена окончила Ветеринарный институт, работала санэпидврачом на рынке (эта должность считалась прибыльной). Позже она устраивается кассиром в театр. Сафия Альняева была женщиной привлекательной, очень следила за собой, внешностью не уступала актрисам и, говорят, носила горжетку из чернобурки.
Сайдашев привлек ее своей внешностью и умением красиво ухаживать за женщинами. Она только после замужества узнала, что ей предстоит жить на мизерную зарплату заведующего музыкальной частью театра.
Сафия, привыкшая ни в чем себе не отказывать, думала, что, выйдя замуж за великого композитора, будет купаться в лучах его славы, и ждала обеспеченную жизнь. Но материальный вопрос Сайдашева интересовал меньше всего.
От Сафии у Салиха Сайдашева было трое детей: Науфаль, Реляф и Эмиль. Реляф умер в Москве, младший сын Эмиль, музыкально одаренный, способный мальчик, погиб в результате несчастного случая в Казани. Он учился в первой музыкальной школе, где сейчас расположен Музей Боратынского. Двери в здании были тяжелые, к ним была прикреплена толстая тугая железная пружина. Его ударило этой дверью, и врачи не смогли его спасти. Я помню эту дверь, мы, дети, с трудом ее открывали.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
У Сафии в театре было много соблазнов. В результате они с Сайдашевым развелись, и Сафия вышла замуж за артиста татарского театра Ибрагима Гафурова. Хотя Салих очень тяжело переживал предательство, но, как человек тактичный и неконфликтный, он не просто не стал скандалить – даже уступил им соседнюю комнату, так как Сафие с ее новым мужем негде было жить. При этом каждый день при встрече здоровался с ними. Но чтобы видеть их как можно реже, стал ночевать у друзей. Получив квартиру, Сафия с мужем ушла, забрав детей. Салих снова остается один.
– А третья жена?
– Асия Казакова была из рода знаменитых купцов Апанаевых-Юсуповых. Но к этому времени семья уже была раскулачена, их земли и часть имущества отобрали. Асия ханум тоже увлеклась славой композитора, и, надеясь, что его имя спасет ее от ссылки в Сибирь, в мае 1949 года выходит за него замуж. Сотрудники музея, готовя материал к новой экспозиции, случайно обнаружили фотографию Асии с букетом сирени. И вспомнили часто публикуемую фотографию композитора с таким же большим букетом сирени. Соединив две половинки, мы получили неизвестную свадебную фотографию Салиха и Асии. Оба улыбаются в ожидании предстоящего счастья.
Именно тогда Асия покупает Салиху дорогое хорошее пальто и собственное пианино немецкой фирмы Георг Хоффман. До этого у композитора не было личного инструмента, музыку он писал за фортепиано в театре или же брал инструмент в прокат.
Конечно, как жена, она ухаживала за Салихом, стирала, готовила для него, но совершенно не интересовалась его творчеством. Через некоторые время замужества и совместной жизни она тоже поняла, что у Сайдашева на первом месте – музыка.
«Говорили о нем всякое»
– Эльвира Шамилевна, в народе ходят разные слухи. Будто бы он пил, курил…
– Курил он много, дешевые папиросы. Как-то пришел ко мне один человек и пытался доказать, что Салих Сайдашев умер на улице под забором от пьянства. Я попросила его больше никому не рассказывать эти сплетни. В народе почему-то говорили, что он любил выпить. Поражаюсь фантазии людей.
Мама одного из казанских режиссеров, переехавшего в Израиль, работала в буфете в Доме Кекина. По ее рассказам, композитора часто приглашали в буфет, по народной традиции, чтобы выпить и закусить. Дома он мало питался, чтобы семье больше оставалось. Когда ему наливали рюмку, он едва подносил ее к губам, а со стороны казалось, что он выпивает и рюмка всегда полная.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
По рассказам родственников и соседей, они ни разу не видели Салиха абый пьяным. А говорили о нем всякое. Значит, было кому-то выгодно распространять эти нелепые слухи.
Салиху Сайдашеву сделали операцию от рака, он лежал в больнице в Москве. Через четыре дня по пошел на поправку, и уставшая жена ушла ночевать в гостиницу. В ту ночь Салих абый захотел встать и, чтобы не беспокоить никого, не попросив помощи, от слабости упал. Послеоперационная рана вскрылась, и он истек кровью. Спасти его не смогли.
«Его рукописи использовали на бытовые нужды»
– Рукописи Баха сохранились, несмотря на то что он жил еще в XVII-XVIII веках. Помню, композитор Ренат Еникеев с горечью рассказывал, что наследие Сайдаша растеряно. Так ли это?
– Вопрос наследия Сайдашева очень сложный. Он написал чуть менее 600 произведений, сегодня известны лишь чуть более 200 из них. Это были такие спектакли, которые посвящались темам дня: колхоз, партия, электрификация, грамотность населения. Например, спектакль «На Кандре». Его никогда больше не поставят, потому что речь там шла об электрификации татарских деревень. Он потерял свою актуальность. Но музыка из спектакля живет и исполняется до сих пор.
Другие случаи еще печальнее: пьесу снимали с репертуара и нотные материалы с музыкой к спектаклю утилизировали. Насколько знаю, нотные сборники в Казани начали издавать только в 1950-х годах, до этого партитуры все писались от руки. Написанные Сайдашевым ноты тоже использовались, пока шел спектакль, а потом их складывали в библиотеке на полку, кто-то выкидывал, кто-то терял, хотя их можно было сохранить.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Дома его рукописи иногда использовались на бытовые нужды. Члены семьи не ценили и не собирали его композиторское наследие. Поэтому черновики его произведений часто не сохранялись. Говорили также, что некоторые его рукописи находятся в кабинете композиторов Поволжья в Казанской консерватории. Кабинет расформировали, и ноты исчезли. Но иногда деятели культуры приносят в музей именно эти утерянные ноты.
Ренат Еникеев очень переживал за наследие Салиха Сайдашева. Четыре года своей жизни, отложив в сторону написание музыки, он разбирал рукописи композитора, старался их вернуть, сохранить. В результате издан сборник музыкальных произведений Сайдашева в трех томах с 2002 по 2004 год.
Спасибо радиокомитету, они нас пригласили к себе разобрать нотный архив. Сотрудники музея нашли неизвестные ранее рукописи Сайдашева, в том числе были обнаружены полностью и ноты первого акта музыкальной драмы «Бишбуляк». Их никто не знал. Также всплыли разные ранние варианты музыки к спектаклю «Голубая шаль». Нашлись и некоторые неизданные произведения.
Многие ноты композитора были переписаны рукой скрипача сайдашевского оркестра Мухаммеда Яушева. Его скрипка хранится в музее и займет достойное место в новой экспозиции. Он был единственным в Казани музыкантом, который умел писать ноты по-печатному.
Кроме того, у нас хранятся почти все подлинники портретов Сайдашева. Есть даже уникальный, единственный прижизненный эскиз портрета композитора художника А. Х. Валиахметова с автографом Сайдашева, написанный в этом доме, в его квартире.
Сейчас мы работаем над этим архивом. Будем готовить научную биографию Сайдашева. Эта биография собирается по воспоминаниям его родственников, друзей, знакомых и неоценимым материалам музыковеда, профессора Ф. Ш. Салитовой. Мы постараемся сохранить хронологию, расписать все события в его жизни день в день, а может быть, и по часам. С момента рождения до смерти.
Например, благодаря актерам Тинчуринского театра выяснилось, что Сайдашев работал главным режиссером в театрах в Китабе и Каттакургане в Узбекистане. Летом, когда всех работников театра увольняли в связи с отпуском, он уезжал туда на заработки. Будучи на гастролях в этих городах, актеры театра Тинчурина были поражены, увидев в фойе огромный портрет Сайдашева. Они сказали: откуда здесь наш композитор? А им объяснили: «Это был режиссер и основатель нашего театра».
Биографию осталось только привести в порядок и оформить. Думаю, что мы его еще и издадим. Это будет первая научная биография композитора.
«Появившийся в Татарстане жанр здесь же и похоронили»
– Такое отношение к наследию кажется закономерным, когда узнаешь, как его самого несправедливо притесняли…
– В результате постановления 1948 года о формализме в искусстве Салиха Сайдашева исключают из Союза композиторов ТАССР, увольняют из театра и радиокомитета. Даже когда он пришел за очередным гонораром, который составлял три рубля, некая чиновница от искусства выгнала его со словами «Здесь нищим не подают». Существует небольшая книжечка 1959 года издания «Союз композиторов ТАССР». Там есть совсем никому не известные фамилии. Никто не знает их произведений, да и сами они давно забыты.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Салих Сайдашев был основоположником татарской профессиональной музыки: организатором хорового пения, которого у татар до революции не было, создателем инструментального многоголосья в оркестре татарских народных инструментов. В результате чего татарская музыка обогащается и начинает использовать европейские музыкальные термины, потому что Салих Сайдашев учился на лучших образцах мировых музыкальных произведений. Любимой оперой композитора была «Кармен» Жоржа Бизе.
Но главное достоинство Сайдашева – это то, что он основал жанр музыкальной драмы. Сейчас театр его не использует, но щедро пользуется им весь мировой кинематограф. Парадокс в том, что жанра музыкальной драмы сейчас нет. Для этого композитор, драматург и режиссер должны работать в тесном тандеме. Салих дружил с Каримом Тинчуриным – драматургом и режиссером татарского театра. Они вдвоем творили на одной волне.
Очень печально, что, желая успеть за временем, мы часто забываем о корнях. Хор имени Пятницкого, Татарский государственный ансамбль песни и танца в основе своей не меняются, идя на поводу духа времени. Они сохраняют прежние традиции. Почему-то театр стал отходить от этого. Раньше сценография спектаклей была совсем другой: открывался занавес, и на сцене стояли красивый татарский деревенский дом, садик, такие интересные были декорации, глаз не оторвать. А сейчас что? Занавес открывается – стоят два табурета, один стол. Ничего не понятно… Это касается и музеев. Возможно, меня упрекнут в отсталости, но я считаю, что татарский театр должен сохранять татарские традиции.
– Спектакль «Сайдаш. Бессонница» тоже не все приняли…
– Со спектаклем я хорошо знакома. Луиза Янсуар подробно изучала в музее материалы о Сайдашеве, когда писала пьесу. Она работала как раз на основе научной биографии. Я рассказала ей факты о Сайдашеве, которые больше никто не знал. Она вдохновилась жизнью композитора. Театр поднялся на новый уровень – вышел на новый жанр, при этом сохранил оригинальность.
После спектакля многие зрители говорили: «Хорошо что сначала провели экскурсию по временной выставке, который организовал в фойе музей Салиха Сайдашева. Многое стало еще более понятно». Жаль, что премьерные спектакли с предваряющими их выставкой и экскурсией прошли только девять раз, в дни празднования 120-летия композитора.
Скажу так: был бы плохой спектакль, внимания не обратили бы, а так он был в центре внимания. Кто-то хвалил, кто-то ругал. Если люди спорят, это хорошо! Хороший спектакль хочется лучше понять, смотреть еще и еще.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Спектакль «Голубая шаль» – самый показательный в этом смысле. Он десятилетиями не сходит с репертуара Камаловского театра, наверное, роль из этого спектакля проходит красной нитью в творческой деятельности всех актеров труппы. Если актриса для роли Майсары становилась взрослой, то она начинала играть жену ишана, и так далее. Идет смена поколений. В музее мы тоже хотим выставить голубые шали в качестве экспоната. От зала к залу шали тоже будут меняться – от легкого и прозрачного до темно-синего шерстяного. Это тоже символизировало бы смену поколений.
«Родственники Сайдашева в музей не приходят»
– Какие у вас отношения с родными Салиха Сайдашева?
– Мы их время от времени приглашаем. Кто-то приходит, но мы хотели, чтобы они пришли, пока еще не закончился ремонт в музее. И мы их ждем всегда.
– Они не в обиде?
– На что можно обижаться? Для них двери всегда открыты. В любой момент музейные сотрудники готовы их принять. Хотелось бы, чтобы они посмотрели, высказали свое мнение. Может быть, есть у них личные вещи композитора, которые могли бы украсить новую экспозицию. В прошлом году закончили технический план мемориальной комнаты, где жил Сайдашев, в этом году на очереди другие залы», – рассказала директор музея.
В здании сейчас идет реконструкция. Пол, который состоял из нескольких временных слоев, сняли и заменили половыми досками в лучших традициях советских квартир. Комнату композитора оклеили цветастыми бумажными обоями советской эпохи. Стилизовали лампы в некоторых залах, вернули в мемориальную зону часть керамической плитки.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
После того как убрали гипсокартон со стен, ширина комнат увеличилась на 70 см. После укрепления полов на обоих этажах, высота комнат уменьшилась на 30 см. На входе гостей будут встречать бронзовый бюст Сайдашева работы Баки Урманче и комплекс «Марш Советской Армии». Планируется в залах экспозиции показать все музыкальные инструменты симфонического оркестра.
На первом этаже по-прежнему будет музыкальный салон для торжественных мероприятий, концертов, музыкальных программ, выставок. Здесь и раньше проходили музыкальные вечера, но после реставрации акустика в помещении стала заметно лучше. Зал рассчитан на 50 человек. Здесь также планируются экспозиционные площади.
Музею необходимо электропианино, чтобы уже начинать музыкальные мероприятия. Оно стоит 150 тысяч рублей. Сотрудники музея ищут меценатов, которые могли бы подарить этот инструмент, иначе музыкальные вечера будут отложены на неопределенное время.
В этом флигеле, служившем общежитием театра, в свое время жили такие выдающиеся деятели татарской культуры, как певица и актриса Галия Кайбицкая, режиссер Камаловского театра Марсель Салимжанов, скульптор Рада Нигматуллина, актеры театра Шаукат Биктимеров, Ринат Тазетдинов и другие.
Ремонт пока завершен на 80 процентов. Осталось закупить витрины, мебель, установить декорации, оформить стены и, наконец, разместить экспонаты.
«Хотя музей еще закрыт, но он продолжает работать. Мы остаемся первым музыкальным музеем в Татарстане. Выездные мероприятия и выставки проходят как в залах Национального музея РТ, так и в школах, вузах, училищах. Много ведется научной и поисковой работы», – рассказала Эльвира Низамутдинова.
Печальные факты из жизни Салиха Сайдашева
За неделю до рождения Салиха умирает отец.
Когда Салиху было 13 лет, он музицировал на гармошке, а рядом сидевший Тукай тихо напевал вместе с ним любимые народные татарские мелодии. Но поэт не смог закончить песню – раскашлялся, да с такой силой, что кровь брызнула на клавиши инструмента, как бы предрекая тяжелую творческую судьбу будущего композитора. Это событие ложится как печать на жизненном пути Салиха Сайдашева.
Двое из трех сыновей Сайдашева от второй жены трагически погибают еще в детстве.
В годы репрессий его друзья – драматурги и писатели были один за другим расстреляны или сосланы, в том числе Карим Тинчурин – один из ближайших его друзей и единомышленников в творчестве. Сам Сайдашев чудом избегает такой участи.
Махубжамал Сайдашева, 1912 г.
Фото: © Салават Камалетдинов / ИА «Татар-информ»
Композитор был изгнан отовсюду – из любимого театра, радиокомитета, союза композиторов, лишился работы.
В 54 года у него находят рак, который в итоге приводит к смерти композитора.
Салих Замалетдинович Сайдашев родился 3 декабря 1900 года в Казани. В 18 лет организует струнный оркестр. В 2018 году с группой татарских артистов уезжает в Буинск и становится музыкальным руководителем коллектива. Добровольцем вступает в ряды Красной Армии, в 1919-1920 годах находится на Туркестанском фронте.
В 1922 году возвращается в Казань, продолжает обучение. Работает в Татарском государственном драматическом театре заведующим музыкального отдела и дирижером. Первые произведения Сайдашева для театра: музыка к спектаклям «Казанское полотенце», «Голубая шаль», «Родина», «На Кандре» Карима Тинчурина, драме «Галиябану» Мирхайдара Файзи, комедии «Башмачки» Хабибуллы Ибрагимова и другие получают высокую оценку.
Самый известный из его инструментальных произведений – «Марш Советской Армии», созданный композитором в 1920-х годах. Звучание этого марша встречается широкой общественностью с чувствами большой радости, глубокого волнения и искреннего восторга.
С 1934 по 1938 год в составе большой группы татарских музыкантов Сайдашев учится в Татарской оперной студии.
Сайдашев умер 16 декабря 1954 года после продолжительной тяжелой болезни. Похоронен на кладбище Старо-Татарской слободы.
Автор: Зиля Мубаракшина, intertat.tatar, перевод с татарского