Мог стать звездой футбольного «Спартака» - его звал Старостин, но выбрал волейбол. Рева играл в него даже на войне
«Удары Константина Ревы пригвождали соперников к земле» — подпись чехословацкого художника к шаржу, нарисованному в 1949 году во время чемпионата мира по волейболу в Праге.
После войны спорт не сразу вернулся в жизнь людей. Мужскому волейболу понадобилось четыре года, чтобы мирно разыграть титул чемпионов мира. Достался тогда он советской сборной с Ревой в составе. Один из журналистов сказал о нем следующее: «Принять мяч после удара Константина — все равно, что попытаться остановить снаряд руками».
Он был одним из лидеров команды, на него приходили смотреть, как на музейный экспонат. Игрок был таким техничным, что забить мог из любого положения.
«Кол» — самый излюбленный прием болельщиков в исполнении Ревы. До него никто не вколачивал мячи в площадку с такой силой. Отмечали волейбольные эксперты и его прыгучесть, которая ставила соперников в безнадежное положение (Рева мог спокойно бить поверх блока). Можно сказать, что мировому волейболу когда-то очень повезло иметь такого эталонного игрока. А он ведь мог стать звездой футбола. Рева начинал играть в «Трехгорке», а потом Николай Старостин пригласил его в дубль «Спартака».
Старостин говорил, что Рева мог стать бомбардиром уровня Эдуарда Стрельцова или Олега Блохина. Проверить это так и не удалось, потому что Рева пробовал себя еще и в волейболе. Когда тренер узнал, что тот играет за «Правду», предложил прийти на тренировку спартаковцев. В 1940 году в составе волейбольного клуба он стал чемпионом СССР. Потом Константин отправился на войну, где работал на аэродроме. И даже в опасной близости бомбежек он вместе с другими солдатами умудрялся играть в волейбол.
Когда война закончилась, Рева занялся игровой карьерой. Понятно, что не футбольной. После успешного выступления в Праге были две подряд победы на Евро. Перед мировым форумом в Москве — отличный показатель для сборной. Его коллеги признавались, что без Константина вряд ли бы что-то получилось. И пока Реву считали волейбольным Пеле, он все равно находил изъяны в своей игре. Стабильность в подаче отрабатывалась месяцами. Отшлифовать Рева ее успел как раз к домашнему чемпионату мира, где сборная СССР снова стала лучшей.
Свой последний матч за сборную Рева сыграл в 1956 году. В Париже команда стала бронзовым призером чемпионата мира. Клубная же карьера завершилась через четыре года в ЦСКА. Неофициально на победной ноте он ушел чуть раньше. Это случилось в 1958-м, когда потребовалось играть дополнительный матч с «Динамо», чтобы определить победителя чемпионата СССР. Без вклада Ревы снова не обошлось.
«Стареющий лев, но лев. Прыжок, удар, кисть — ни у кого ничего подобного! Мощь — богатырская: его боковые силовые подачи часто наводили панику в стане противника», — цитирует в книге «Единственная игра, в которую стоит играть. Книга не только о спорте» тренера Вячеслав Платонов Алексей Самойлов.
Сложно сейчас представить, чтобы люди приходили на трибуны смотреть на конкретного спортсмена (если это не Роналду или Месси), но Рева был таковым. Единственное место, где его фанаты не смогли увидеть — Олимпийские игры. Волейбол в программу включили лишь в 1964 году.
Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене