Эмоции бросают вызов полиграфу
А.Р. Лурия и аппарат для обследования по сопряженной методике. На сайт пришел вопрос о полиграфе. Отвечает Владимир Кудрявцев. В техническом плане очевидно, что полиграф подобен чувствительному термометру, с помощью которого можно измерять температуру тела – самый поверхностный симптом наличия или отсутствия заболевания. Измеряя термометром температуру на протяжении дня – мы можем наблюдать ее динамику. В динамике уже более отчетливо проступает симптоматика заболевания. Казалось бы, для полиграфолога достаточно одноразового испытания, в котором прослеживается динамика изменения эмоционального состояния. Но опыт показывает, что даже при повторном обследовании в течение дня, результаты могут существенно отличаться. А главное, ни термометр, ни полиграф не является средством для постановки диагноза. Утверждают, что компьютеризация полиграфа в 1990-х-начале 2000 х. г. привела к тому, что, к примеру, использование программы PolyScore позволяет добиться почти стопроцентной достоверности результатов «детекции лжи». Даже если поверить этому, возникает масса вопросов. Например: возможно ли при помощи полиграфа выявить характер «мотива преступления» - феномена, принципиального для юристов, экспертов-криминалистов, юридических психологов (которые до сих пор не могут найти общего языка в его определении). Как и «мотива лжи», в котором порой скрыт ключ к «мотиву преступления». «Отец» полиграфа (как минимум – «крестный») канадский психолог Джон Ларсен, давший в начале 1920-х своему изобретению это имя, фиксировал изменение дыхания, кровяного давления и пульса в ходе допроса. Дальнейшее усовершенствование устройства и технологии шло не столько по линии оптимизации показателей, сколько по линии поиска удобств для обследования. На Западе - вплоть до 1947 г., когда американский юрист Джон Рейд не разработал методику COT (Control Question Technique), включающую контрольные вопросы, на которые по-разному реагируют виновные и невиновные, поскольку они имеют для них специфическую значимость. Глубже и изобретательне подошел к проблеме двумя десятилетиями раньше советский психолог А.Р. Лурия (в сотрудничестве с А.Н. Леонтьевым), автор знаменитой «сопряженной моторной методики». Лурии мы обязаны «психологизацией» полиграфологических исследований, которая, по понятным причинам, являвшейся необходимостью. Лурия фиксировал не частоту дыхания, пульс и т.д. а «сопрягал» моторное действие и слово в рамках ассоциативного эксперимента, работая с подозреваемыми и преступниками (в некоторых случаях использовался гипноз). Экспериментатор называл слово, а обследуемый должен был ответить первой ассоциацией, которая приходила на ум (земля – небо, ложка – вилка и т.д.), одновременно нажимая на кнопку датчика (моторная реакция записывалась). На нейтральные слова обследуемый отвечал мгновенно, за пару секунд - словом и действием (уверенным нажатием на кнопку). «Критические» слова, по смыслу соотнесенные с ситуацией предполагаемого преступления, вызывали отсрочку – ответ приходилось ждать десятки секунд (подобное ранее отмечалось и другими психологами, которые работали распространенным в те годы ассоциативным методом, например, Юнгу). Но самое интересное наблюдалось в сфере моторики – рука теряла уверенность, дрожала и т.п. Таким образом, Лурия «испытывал на прочность» целостное поведение, которое у совершивших преступление, особенно, впервые, в данной ситуации разрушалось. На Западе эти исследования хорошо известны. Ведь Лурия описал их результаты в книге «Природа человеческих конфликтов», впервые изданной не на русском, а на английском языке - в США (1930). Позднее он посетует на то, что «американцы, легкомысленно схватив идею, не усвоили ее суть и потому извратили», продолжив регистрировать «вегетатику» без всяких психологических «сопряжений». История (предыстория) полиграфа уходит в глубокую архаику. Неудивительно, что сами процедуры «проверки на ложь» обросли многочисленными мифами. А совершенствование технических средств лишь упрочило позицию мифа. Как и активность неспециалистов, которые повально эксплуатируют полиграф. Сертифцированных специалистов в России нет. В практике российской полиграфологии используют три методики – упомянутую методику «контрольных вопросов» Рейда, поисковую методику Варламова - Николаева и методику взаимных исключений Лосева – Миллера. Только третья запатентован и сертифицирована на основе стандартов. Для остальных прописан лишь общий процедурный регламент (например, в Единых требованиях БСТМ МВД РФ). Но это далеко не единственная и не самая главная, хотя и острая, проблема, связанная с применением полиграфа в России. Главная - уходит своими корнями в науку, в фундаментальную психологическую проблематику. Эмоции – болевая точка современной психологии. Невзирая на колоссальные усилия, мы не до сих пор не располагаем валидным инструментарием оценки эмоциональных состояний человека. Просто слишком мало знаем о самом сложном и трудноуловимом в психике – о природе человеческой эмоции. Психолог-классик Уильям Джемс писал: «Эмоции – цыгане нашей психики». Предельно диффузны, постоянно мигрируют, предательски ускользают. О них можно сказать сказочным языком: от психолога ушел, от полиграфа и подавно уйду. К тому же, любую, самую простую эмоцию, необходимо «вписать» в профиль целостной человеческой личности, где она живет в составе какого-то сложного переживания, не выразимого в показателях аппаратурных методик. Вне этого мы получаем весь набор ошибок и казусов полиграфологии, о которых можно прочитать, к примеру, на англоязычном сайте AntiPoligraph.org. Эмоции бросают вызов полиграфу и в его лице – человеку, человеку-исследователю и разработчику, да и просто хозяину собственного эмоционального мира.