«Прямой зависимости вредного производства и онкологии мы не видим»
Нельзя создать две одинаковые клетки, победить старость и вылечить онкологическое заболевание – можно только пытаться перевести рак в хроническую стадию и снизить пятилетнюю смертность, говорили вчера в Казани на IX всероссийской конференции «Организационные технологии в онкологии». Где ахиллесова пята современной онкологии и какова ситуация с раком в Закамье, узнавала корреспондент «БИЗНЕС Online».
«Борьба с онкологическими заболеваниями – для Татарстана это серьезнейший вызов, как и для России, и для всего мира в целом", - с приветственным словом от имени президента РТ Рустама Минниханова обратилась к залу вице-премьер РТ Лейла Фазлеева. И статистика подтверждает ее слова: по итогам прошлого года, в России на учете состояли больше 3,6 млн. онкобольных, более 290 тыс. умерли, 212 тыс. получили инвалидность.
Конкретные данные на примере материнской смертности привел замдиректора НМИЦ им. Кулакова, директор института онкогинекологии и маммологии Лев Ашрафян. По его словам, ежегодно от онкологии погибает более 7,5 тыс. женщин репродуктивного возраста и регистрируются 2 тыс. новых случаев заболевания раком молочной железы. «А теперь посмотрим, что произошло с девочками 15-29 лет, - говорил он. - За последние 25 лет в шесть раз увеличилось доля этих пациенток, болеющих раком шейки матки! Причина многоуровневая - и социальная, и культурная. Мы теряем ту демографическую часть общества, которая должна обеспечить воспроизводство. При том, что в этой группе умирать стали в два раза чаще чем при той медицине, которая была в 90-х годах. 70% женщин до 20 лет обращается с запущенной стадии. Смертность в течение года почти 40%, пятилетняя выживаемость – всего 14%. Вот, где настоящая трагедия», - заявил он, порекомендовав всем делать прививку от ВПЧ (вирус папилломы человека). «Есть нерешаемые проблемы в биологии: нельзя создать две одинаковые клетки, победить старость и победить онкозаболевание, - констатировал Ашрафян. - Нет одинаковых процессов. Единственное, что мы можем сделать - увеличить долю больных с хроническим онкопроцессом, чтобы они не умирали в течении трех лет, а чтобы жили 15 лет и сохраняли качество жизни».
«Мы с вами - наследники выдающейся советской школы, - начал выступление онкологиидиректор НМИЦ онкологии им. Блохина, главный внештатный специалист-онколог Приволжского, Уральского, Сибирского и Дальневосточного Федерального округов Иван Стилиди. - Но поступательное развитие науки в 90-е было прервано и образовался провал в достижении результатов. В середине 2000 государство снова стало уделять внимание проблеме нашей отрасли, но это не носило системного характера. Сейчас Вероника Скворцова донесла до президента важность борьбы с онкологией и, очевидно, была убедительна: высшее руководство страны объявило ее национальным приоритетом. Мы находимся на исторической точке, когда можно переформатировать или даже создать новую противораковую службу в стране, более эффективную». Цель - снижение смертности до 185 случаев на 100 тыс. населения к 2024 году (на 7,8%) и сокращение так называемого показателя одногодичной летальности (больные, которые умерли в течение первого года с момента постановки диагноза) с 22,5% до 17%. А вот долю злокачественных новообразований, обнаруженных на ранних стадиях, надо повысить – с 55% до 63%. Для этого нужно (и в федеральном проекте борьбы с онкозаболеваниями такая установка есть) создать 85 соответствующих региональных программ, организовать во всех регионах сеть амбулаторной онкологической помощи, усилить профилактику и наполнить имеющиеся лечебные учреждения материально-техническим оснащением и кадрами. На все про все выделено 960 млрд рублей из федерального бюджета. Но хватит ли их?
Согласно слайдам, которые представил замгендиректора ФГБУ «НМИЦ радиологии» Андрей Костин, больные вопросы – это недостаточная материально-техническая база, отсутствие канцер-регистра и нехватка квалифицированных специалистов в медучреждениях муниципального значения. Так, в первичных онкологических отделениях, по его данным, укомплектованность врачами - только 43%, несмотря на то, что на уровне субъектов и федерации эта цифра превышает 90%. А ведь именно профессионалы на уровне первичной диагностики выявляют рак.
А по вопросу скрининга (обследование предположительно здорового человека, у которого нет специфических жалоб, на раннюю стадию онкозаболеваний) развернулась целая дискуссия. Так, Ашрафян заявил, что тактику скрининга надо менять, потому что на показателях заболеваемости он не сказывается, а влияет только на смертность, поэтому имеет смысл переключиться на выборочный скрининг, и понять, в какой области нужно сосредоточить усилия, иначе будет потеря времени и денег.
А вот замдиректора беларусского центра онкологии и медицинской радиологии Павел Моисеев, наоборот, на примере своей страны утверждал, что будущее за скрининговыми центрами: «Лечить четвертую стадию онкозаболеваний - сливать государственные деньги в унитаз. Таблетки от рака пока нет и не предвидится в ближайшей перспективе». Моисеев отметил, что почти все белорусские онкобольные лечатся в своей стране - за границу отправляются единицы: настолько хороша материальная база. Предмет особой гордости – канцер-регистр. Из стоящих перед Беларусью задач - персонифицированная программа лечения, в перспективе - разработка искусственных органов. «Меня, конечно, поразило как вы за 5 лет будете достигать таких цифр снижения смертности, - оценил российскую программу Моисеев («Нас тоже поразило», - негромко, но отчетливо произнес кто-то в зале). - Задача, конечно, амбициозная".
Какова ситуация в Татарстане? По данным Росстата, с начала года число умерших из-за злокачественных образований в республике выросло на 4,6%. С января по июль 2018 года, показатель смертности по этой причине составил 196 на 100 тыс. человек (4,3 тыс. умерших). За аналогичный период прошлого года показатель составлял 188 на 100 тыс. (4,1 тыс. умерших).«Смертность увеличилась, но не очень намного, - прокомментировал «БИЗНЕС Online» ситуацию директор КГМА Рустем Хасанов. - Это оперативные данные, окончательные будут в конце года. Цифра может быть больше, может меньше, мы не знаем. Причина смерти - не обязательно онкология. Бывает, что человек долго болел раком, но прогрессирования болезни не произошло, и он умер от других причин. Но система учета построена таким образом, что если у человека в прошлом был рак, он все равно в качестве причины смерти выйдет на первое место. Поэтому речь не идет о растущей динамике смертности онкозаболеваний в Татарстане».
В ответ на вопрос, фиксируется ли в Закамье повышенный уровень онкозаболеваний из-за производств, Хасанов улыбнулся: «Жить вообще вредно, от этого умирают. Вредно жить в городе, вредно жить в деревне. Почему заболеваемость на селе гораздо выше, чем в новых городах - Челнах и Нижнекамске? Потому что там больше пожилых. Выводов о том, что в Нижнекамске ситуация с онкологией хуже, чем в других регионах Татарстана, нет... Это были молодые комсомольские города. Вот вы молодая красивая девушка - естественно, у вас нет никаких заболеваний, ну, кроме простуды. То же самое было и с этими городами, когда приехали комсомольцы, средний возраст которых был 21 год. А сегодня средний возраст - выше сорока. Понятно, что у людей в такой массе ставших взрослыми, появились другие заболевания. И от насморка и заболеваний, передающихся половым путем, мы перешли к сердечно-сосудистым болезням и злокачественным новообразованиям. Прямой зависимости вредного производства и онкологии мы не видим. Прежде всего, это коррелируется с возрастом, как и во всем мире».
«Профилактика - ахиллесова пята нашей онкологии, - говорит Ашрафян. - Американский институт здоровья провел анализ, почему по некоторым видам рака стала падать заболеваемость. В докладе 300 страниц. Вывод - перестали курить. Других причин нет». О курении речь на конференции заходила не раз. Так,как рассказал директор НМИЦ онкологии им. Петрова Алексей Беляев, это причина более 20% смертей от рака. «Увы, мы воспринимаем советы по питанию и образу жизни не очень серьезно, хотя благодаря им более 40% опухолей можно предотвратить, а значит, снизить смертность от них», - заверил он.
Так, ожирение, по его данным, повышает риск развития сразу 12 видов рака: в том числе, пищевода, поджелудочной железы, печени и кишечника. Почти такой же эффект оказывает и алкоголь - он увеличивает риск появления злокачественных явлений во рту и глотке, пищеводе, желчном пузыре, печени, груди и так далее. А вот вяленая и сушеная соленая рыба приводит к повышенному риску развития онкозаболеваний носоглотки.
Но доклад докладом,а привычки берут свое: послушав, к чему приводят вредные привычки, сразу с десяток слушателей вскоре пошли курить.