С полей India AI Impact Summit 2026: мировое цифровое большинство между декларациями и реальностью

Желтый тук-тук несется по шумным улицам 30-миллионного Нью-Дели между потертыми белыми машинами, повозками с коровами, рикшами и тянущими телеги бедняками. Внезапно водитель тормозит, чтобы покормить голубей «для кармы», и уже через минуту мы у площадки главного международного форума года по искусственному интеллекту IndiaAI Impact Summit 2026 – конференц-центра Bharat Mandapam, созвучного цивилизационному названию Индии. Делегаты высаживаются под нетерпеливые гудки еще далеких от цифровизации индийцев и проходят мимо афиш «Благополучие для всех, счастье для всех, прогресс ради глобального ИИ-сотрудничества». Эта сцена точно передает контраст саммита, на котором желание о справедливом развитии ИИ оказалось в заложниках инфраструктурных возможностей.

В целом Индии удалось подтолкнуть мир к дипломатическому шагу вперед. Если предшествующая Парижская декларация 2025 года собрала около 60 подписантов и стала маркером раскола (США и Великобритания отказались ее поддержать, а Россия не участвовала), то Нью-Делийская декларация 2026 года была принята значительно более широкой коалицией: 89 стран и международных организаций, среди которых США, Великобритания, Китай и Россия.

[embed]https://profile.ru/scitech/iizumitelnyj-god-kak-nejroseti-za...[/embed]

Причина успеха ясна из самих названий двух саммитов: Франция проводила «саммит действия» (action), итоговым документом которого стала сосредоточенная на ценностях инструкция, как «правильно» управлять ИИ, в то время как Индия заявила менее амбициозный, но более практичный «саммит эффекта» (impact), завершившийся принятием своего рода программы действий с уходом от универсальных норм к различным механизмам внедрения и уважением суверенитета. Таким образом, несмотря на необязывающий характер финального документа саммита, премьер-министр Индии Нарендра Моди, безусловно, сумел закрепить тезис «ИИ для всех» в момент, когда Глобальный Север и Глобальный Юг встретились в самой населенной стране мира.

Однако внешнюю сбалансированность политической повестки во многом перечеркнуло присоединение Индии к американскому инфраструктурному альянсу Pax Silica. В итоге опорные для декларации и пестрящие на афишах саммита «семь чакр суверенного ИИ» – вычисления, данные, модели, языки и интерфейсы, доверие и киберготовность, институты и правила, кадры и внедрение – остались скорее «идеальным каркасом», чем описанием реального распределения сил.

Символично смотрелась на выставке «Африканская деревня», полностью поддерживаемая Фондом Билла и Мелинды Гейтс, что несколько омрачало размышления о технологическом суверенитете. Были и интерактивные демонстрации: особой популярностью пользовался ИИ-симулятор для национального индийского спорта – крикета, когда-то также завезенного из-за рубежа.

Тем не менее отдельной витриной саммита все же стала линия «суверенного ИИ» – мир наконец узнал об индийских базовых больших языковых моделях: Sarvam представил Sarvam-30B и Sarvam-105B с акцентом на местный языковой и культурный контекст, а консорциум BharatGen заявил Param2 17B (MoE) как многоязычную базовую модель для государственных и социальных нужд. Индийские представители подчеркивали, что безопасность персональных данных – вопрос, в котором страна не пойдет на уступки.

Неизменно европейскую позицию на саммите обозначил президент Франции Эмманюэль Макрон, чем вновь вызвал заметное раздражение со стороны американского лагеря. Европа по-прежнему хочет превратить свои регуляторные принципы в глобальный эталон и через них формировать международную инфраструктуру доверия к ИИ. Макрон хвалил индийскую цифровую инфраструктуру и продвигал линию «ИИ не игра для нескольких гигантов», что удачно совпадало с индийским посылом про демократизацию доступа к технологиям и недопущение монополизации в цифровую эпоху.

Россия на саммите вновь подчеркнула курс на суверенный ИИ: опору на Устав ООН, обязательность соблюдения национальных законов разработчиками ИИ и требование недискриминационного доступа к вычислениям и чипам. Отдельно прозвучал тезис о том, что глобальное регулирование не следует форсировать из-за рисков безопасности и различий применения правовых норм. В практической плоскости Москва предложила идею международного «репозитория систем ИИ» – площадки, где решения могли бы размещаться и адаптироваться под местные нормы и отраслевые стандарты. Индийская сторона инициативу поддержала, а итоговая декларация зафиксировала всеобщий консенсус по этому вопросу в виде очень близкой конструкции – Trusted AI Commons, то есть совместного репозитория инструментов, ориентиров и практик.

Частный сектор на саммите был представлен прежде всего крупными западными технологическими корпорациями, фактически превратившими форум в витрину готовых решений для внедрения на национальном уровне. Так, OpenAI запустила инициативу OpenAI for India – программу партнерств с индийскими организациями для расширения доступа к ИИ и ускорения его применения в экономике и госуслугах. Отдельной линией шли презентации индийских стартапов в «инфраструктурной орбите» Nvidia, например Gnani AI представил голосовые решения для индийских языков, делающие ИИ доступнее для массовой аудитории. Эта сфера в Индии обладает большим потенциалом – Google также позиционировал Gemini Live с голосовым переводом как способ снятия языковых барьеров и снижения порога входа в ИИ.

А вот заметных стендов китайских компаний на площадке не было, что, вероятно, стало следствием политических расхождений и встроенностью принимающей страны и цифрового лидера Востока в разные технологические цепочки. Российское присутствие тоже выглядело крайне сдержанно: «Руссофт» аккуратно вписывался в индийский стенд, «Яндекс» на площадке не просматривался, а Сбер был представлен точечно, в переговорном формате. Хотя индийцы относятся к России доброжелательно, они мало знают о наших преимуществах. Последовательная ликвидация этого пробела определенно предоставит преимущество для российских технологических игроков.

[embed]https://profile.ru/scitech/glavnoe-ob-ii-lidery-smenyajut-dr...[/embed]

Конкуренция на форуме проявлялась не только на стендах, но и в жестах, которые случайно оказались честнее любых лозунгов. Показательным стал забавный эпизод. В рамках символического знака солидарности Нарендра Моди предложил участникам взяться за руки, но руководители конкурирующих американских флагманов – OpenAI и Anthropic – Сэм Альтман и Дарио Амодеи вместо этого подняли вверх сжатые кулаки, фактически разорвав общую цепочку. Символизм усиливается тем, что Альтман все активнее перехватывает идею генсека ООН Антониу Гутерриша о специальном международном органе по развитию и управлению передовым ИИ – условном «наднациональном координаторе», призванном масштабировать выгоды технологии. Амодеи же, напротив, делает ставку на жесткую культуру безопасности и управляемости прежде всего на уровне компаний: сначала барьеры, тестирование и процедуры ответственности, и только потом ускорение внедрения ИИ.

Сквозными дискуссиями саммита стали вопросы доверия (в первую очередь, прозрачности и проверяемости систем) и киберустойчивости (защиты от рисков и атак). Особенно всех присутствующих делегатов озадачивал вопрос «Как сделать ИИ-агентов безопасными?» Окончательного ответа на него не смог дать никто. На этом фоне может показаться интересной индийская инициатива CyberPeace, которая пытается переводить разговор об «ответственном ИИ» с языка общих принципов на язык практических мер: сценариев угроз, готовности к инцидентам и рабочих процедур. Одноименный фонд уже запустил множество программ для повышения инклюзивности на национальном уровне, поддерживается ООН и инвестициями крупнейших глобальных игроков, среди которых Google и Cloudflare.

В целом India AI Impact Summit 2026 зафиксировал ключевую технологическую дилемму для мира. С одной стороны, политики производят декларации и дипломатические формулы про равный доступ и совместное управление. С другой стороны, реальность определяется инфраструктурой: вычислениями, дата-центрами, чипами, цепочками поставок, режимами доступа и стандартами безопасности. Но ясно одно: представителям государств проще взяться за руки, чем главам технологических компаний, потому что они заняты не разделом рынка, а выбором верного маршрута для своих стран в условиях стремительного развития ИИ.