Оспаривание сделок по крупности: явление, которого быть не должно в принципе

На протяжении двух месяцев юристы, интересующиеся вопросами корпоративного права, активно обсуждают практику Верховного суда РФ по крупным сделкам. Сначала в деле в отношении ООО «Бест Клин», а затем в деле ООО «Алекс Трейд», судьи ВС РФ последовательно убивают количественный критерий для определения крупных сделок, отдавая предпочтение критерию качественному. А. Кузнецов в своем ТГ-канале поддерживает общий подход о необходимости учета, прежде всего, качественного критерия крупности, даже если количественный критерий не выполняется, но тем не менее критикует вольное обращение высшей судебной инстанции с законом. С. Будылин в своей заметке на zakon.ru не уверен в важности именно качественного критерия. Однако за опусами ВС РФ и законом, уважаемые юристы не видят главного – сам институт крупных сделок должен быть радикально изменен. И такие изменения, прежде всего, должны касаться возможности оспаривания таких сделок. Раз и навсегда необходимо принять за аксиому, что ни нарушение целей юридического лица, указанных в учредительных документах (так называемая доктрина «ultra vires»), ни выход директора юридического лица за пределы своих полномочий, ни нарушение порядка одобрения сделок не должны приводить к возможности оспаривать сделки с третьими лицами. Внутренние дела корпорации не могут влиять на внешнюю среду.Никто не может обязать третье лицо читать устав контрагента, а тем более, читать его бухгалтерский баланс, высчитывать пороги одобрения и пытаться представить себя на месте контрагента в целях применения категории обычной хозяйственной деятельности. Все это накладывает на экономических агентов непомерные издержки. Базово есть только три случая допустимости оспаривания сделок для коммерческих организаций:1) сговор представителей сторон сделки;2) сделки директора с самим собой или с аффилированными лицами, то есть заинтересованность;3) очевидная несоразмерность встречных предоставлений (п. 2 стр. 174 ГК РФ) или раздача..