«Первым ушел старший сын, за ним – муж и младший»: история жены и матери контрактников
Педагог и мать шестерых детей
Гульнара работает в школе одного из сел Новошешминского района. Она трудится педагогом уже больше двадцати лет, а начинала библиотекарем. Но помимо ответственной работы на плечах Гульнары шестеро детей – пятеро сыновей и дочь.
Сама Гульнара выросла в семье военного. Когда-то в детстве ждала папу из служебных командировок, сейчас ждет мужа и сыновей с СВО. Все трое ушли на фронт добровольцами.
«Сейчас на СВО служат старший и четвертый сыновья. Сначала ушел старший, потом муж, а следом и младший», – рассказывает она.
Старший сын подписал контракт в мае 2022 года. Пробыл «за ленточкой» четыре месяца, вернулся, а в феврале этого года снова подписал контракт.
«Сейчас ему 36 лет. В армии служил кинологом. У него четверо детей – двое своих и двое приемных, от первого брака жены. Работал он на “Газели” водителем, возил товар в соседние города. Сейчас служит в Росгвардии пулеметчиком», – рассказывает Гульнара.
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
«Не надо меня отговаривать, хочу, чтобы ты поддержала мое решение»
До того как уйти на СВО, глава многодетного семейства работал водителем. Решение он принял после того, как подписал контракт старший сын, в мае 2023 года.
«Муж начал говорить, что тоже должен поехать. Я его отговаривала, все-таки мы уже не молодые. Скоро ему исполнится 58 лет. Периодически он со мной соглашался, потом снова говорил, что пойдет. А в один день пришел и сказал, что начал проходить медосмотр. Мне было очень непросто, я его просила передумать, пока еще не подписал контракт, а он сказал: “Я что, не мужчина? Решил и передумал? Не хозяин своему слову? Я хочу, чтобы ты меня не отговаривала, я хочу, чтобы ты меня поддержала в этом решении”. Поддержала. Куда деться-то?» – вспоминает Гульнара.
На СВО супруг Гульнары тоже служит водителем, уже успел побывать на Авдеевском направлении и в Лисичанске.
А в августе 2023 года по примеру отца и брата ушел на СВО и один из младших сыновей Гульнары.
«Честно, я сначала подумала, что из-за денег. А уже перед отправкой он мне сказал, что в деньгах не нуждается. На самом деле так и было. Он работал на шинном заводе, у него была достаточно большая зарплата. Сын объяснил мне, что хотел почувствовать вкус жизни. В быту ведь все приедается, мы перестает ценить то, что действительно дорого. Говорил, что быт и рутина затянули, хотел взглянуть на жизнь по-новому», – поделилась Гульнара.
На СВО он стал танкистом – мать понимает, что задача ему выпала не из легких, но что делать, это его решение, вздыхает она.
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
«Они стараются хотя бы весточку прислать: “Жив, здоров”, – мне ведь многого не надо»
Ждать из зоны боевых действий сразу троих близких людей невероятно тяжело, признается Гульнара.
«Первое время я очень переживала, да и сейчас тоже переживаю. Легче не становится, к этому нельзя привыкнуть. Если дня два на связь не выходят, я уже паникую, мне неспокойно, в голову лезут дурные мысли. Но они стараются хотя бы весточку прислать: “Жив, здоров”. Мне ведь многого не надо», – говорит жена и мать бойцов. Поддерживают ее младшие дети. Вместе они уже трижды ездили в Белгород и в зону СВО.
«Через некоторое время после того, как муж уехал, заболел пневмонией, и его отправили в госпиталь в Белгород. Его отправили на лечение без вещей, нам пришлось ехать. Потом мы поехали в Лисичанск, туда, где он служил», – вспоминает Гульнара.
Вспоминает, что ехать было не страшно. Несмотря на всю опасность, для смелой женщины важно было увидеть мужа и убедиться, что с ним все хорошо.
«Дети отговаривали, но я настояла. У меня такой пунктик – если я своими глазами увижу, что все хорошо, мне спокойнее становится», – рассказывает женщина.
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
«Бабушки принесли банки с салатами и вареньем – меня это тронуло до слез»
Ученики школы, где работает Гульнара, пишут письма бойцам. Педколлектив собирает гуманитарную помощь, как и жители района. Собирать гуманитарку помогает и добровольческое движение «Чистополь – фронту».
«У нас произошел случай, который до слез меня тронул. Пожилые женщины-пенсионерки подошли и спросили, почему я им не говорю, когда езжу к мужу. А мне некогда было, мы как-то спонтанно ездили – быстро собирались и уезжали. Они попросили, чтобы я им говорила, если поеду, мол, мы другим бойцам помогаем, а своим что, не поможем? И когда мы в третий раз поехали, я в чате нашего села написала, что мы собираемся. Молодежь прислала деньги, а бабушки принесли консервы свои – кто варенье, кто салаты, кто сало. В общем, кто чем мог, помог. Когда для других просишь – одно дело, а когда для себя, уже стесняюсь. Но я пересилила себя и написала в чат, а уже когда столько всего принесли, начали передавать слова поддержки мужу – меня это очень растрогало», – вспоминает она.
Гостинцев от местных бабушек оказалось так много, что все это еле-еле поместилось в машину. Но дома ничего не оставили – все отвезли, рассказывает Гульнара.
«Потом муж рассказывал, что бойцы так соскучились по домашней еде, что все эти 35 банок разом съели. Они были очень благодарны за такие гостинцы», – улыбается Гульнара.